Книга Птица, лишенная голоса, страница 210 – Рукие Идели

На этот раз его покрасневшие губы коснулись моего лба. Поцеловав меня, он прижал мою голову к своей груди, и теперь я не могла слышать ничего, кроме биения наших сердец.

— Теперь я не смогу уйти. Теперь это невозможно, – сказал он, и я крепче обняла его, прижимаясь всем телом. – Отныне я не оставлю тебя, только если ты сама этого не захочешь. Мне неважно, что будут говорить о нас или думать. Я вытерплю все, что выпадет на мою долю, но не оставлю тебя.

Он поцеловал меня в волосы.

— Никогда.

Я сильнее прижалась ухом к его груди, чтобы слышать его сердце.

— Кто что может сказать о нас? – спросила я, не понимая.

Ляль, кажется, ты забыла Ясина?

— Ты о моем брате?

Каран прижал подбородок к моей голове. Из его рта вырвался смешок.

— Он попытается вмешаться, но у него ничего не получится, – уверенно ответил он. – Но не бери это в голову, я просто констатирую факт.

Я все равно не могла думать сейчас ни о чем другом, потому что до сих пор была под действием поцелуя. Мы что, теперь официально встречаемся?

Нет, вы теперь официально родственники.

Мы простояли так несколько минут, пребывая в молчании, потому что каждый из нас пытался осознать, что же ему делать дальше. Я была одновременно взволнована и встревожена. Что же будет с нами после? Когда Ясин вернется, мне придется уехать в Анкару, к своей прежней жизни. Я чувствовала это. После того как я поговорю с братом, все вернется на круги своя. А сейчас стоило подумать о том, что делать, если мне придется на время расстаться с Караном.

Каран меня поцеловал. Мы поцеловались. Мы поцеловались с Караном! Ничего себе!

После этого момента все события развивались молниеносно. Когда в кабинет вошел Омер, Каран оказался слегка раздраженным, потому что нам пришлось выпустить друг друга из объятий. Омер, взглянув на меня, начал с того, что попросил не винить себя в том, что случилось, однако из-за выходки Карана у компании возникли большие проблемы. Я несколько минут стояла и слушала, как они ссорятся.

Однако я была словно в другой вселенной. Эффект, который изначально произвел на меня Артур, почти исчез, потому что его заменили совсем другие события. Ариф назвал меня йенге, а мы с Караном поцеловались. Всю дорогу до дома я улыбалась как дурочка. Каран отменил последнюю встречу, которая была запланирована на сегодня, поэтому мы освободились раньше и вернулись домой. Я перекусила на кухне и поднялась в свою комнату, и все это время чувствовала биение своего сердца где-то в горле. А теперь оно стало биться еще быстрее, ведь я ждала у себя Карана. Это ребяческое возбуждение невольно вызывало на моих губах улыбку.

Да, я собиралась сегодня спать с Караном в одной постели. Успокоительное помогло мне не сильно на этом зацикливаться, но не избавило от беспокойства. Я лежала спиной к двери, и мне чудилось, как кто-то подкрадывался сзади и, схватив, готовился задушить. Иногда ночные кошмары одерживали надо мной власть, воплощаясь в физические ощущения. Пытаясь отбросить их отголоски на задворки сознания, я распрямилась в кровати и зажала дрожащие ладони между коленей. В этот момент в комнату зашел Каран.

— Ты спала? – спросил он тихо.

— Нет, – ответила я. Он лег на кровать и развернул меня к себе. Поцеловав мой лоб, он подложил руку мне под шею. Я сильнее прижалась к нему, глубоко вздохнула и поцеловала его в грудь, почувствовав, как он дрожит. Я продолжила целовать его, и он, как и в тот раз, снова отстранился.