Книга Птица, лишенная голоса, страница 181 – Рукие Идели

— Да, Ляль, – сказал Каран, не дав мне объясниться, словно бросал вызов Ясину.

Как будто он не знает, что за этим последует; он специально его провоцирует.

— Мы позже это обсудим, – сказал Ясин, внимательно глядя на меня. – А сейчас давай спустимся и поговорим.

Он бросил на Карана угрожающий взгляд, взял меня за руку, и вместе мы спустились в гостиную. Немного успокоившись, он поцеловал меня в висок. Когда мы сели на диван, он посмотрел мне в глаза и с грустью произнес:

— То, что случилось вчера… Милая сестра, прости меня за это.

Я взяла его руку в свою.

— Ясин, в чем здесь твоя вина? Никто не виноват в том, что произошло, – произнесла я, и он сгреб меня в охапку, притянув к себе.

— У тебя лицо от слез опухло. И еще я заметил красные отметины на твоей шее. Иногда я думаю, правильное ли решение тогда принял. Кажется, для тебя небезопасно оставаться здесь, Эфляль. Невозможно исправить ошибку ошибкой.

— Что за бред ты несешь, Ясин? – сказал Каран, и я повернула голову на голос. Он по-прежнему не надел ничего сверху. Ходил по дому, как античная статуя.

— Что значит «небезопасно здесь оставаться»? Это ты, что ли, решаешь?

Наши взгляды встретились.

— Ты тоже так думаешь? – спросил меня Каран, и я видела, что он хотел услышать от меня «нет».

— Это я так думаю! – решительно ответил Ясин. – У тебя есть возражения?

— Давайте не будем усугублять, – вмешался Омер.

Я чихнула.

— Будь здорова, маленькая птичка. Пойдем со мной, давай что-нибудь перекусим на кухне. Пусть они разбираются между собой, – сказал Омер и протянул мне руку. Мне не хотелось покидать брата, но я все же встала.

— Оп-оп-оп! – произнес Каран, останавливая нас с Омером. Когда он обнял меня за плечи, глаза моего брата расширились от ужаса.

— Я тебе покажу «оп»! – встрепенулся Ясин, утягивая меня за собой. – Ты кто такой, чтобы ей «оп» говорить?

— Да это я тебе говорю, идиот, «оп»! – парировал Каран, наклоняясь ближе к Ясину.

— Каран, у нас и так много проблем, что вы устроили ерунду из-за какого-то «оп»? – спросил Ариф удивленно.

Единственный разумный человек в этом доме – наш великан.

Ясин истерически рассмеялся.

— Кто ты такой, идиот? Кем ты себя возомнил, чтобы говорить моей сестре «оп»?

Да что они заладили с этим «оп». Давай и мы тоже так скажем. ОП!

— Знай свое место! Не зли меня, Акдоган! – сердито произнес Ясин.

Каран с напускной застенчивостью ухмыльнулся и, сцепив руки за спиной, наклонился к моему брату.

— А что произойдет, если я тебя разозлю, господин Гёркем? – спросил он Ясина и подмигнул мне.

Он пытался отвлечь Ясина от ночного инцидента.

Я и сама понимала, что теперь они разбирались между собой, а не из-за меня. Как это случилось? Я еще не оправилась от пережитого, а они уже трепались о какой-то чепухе. Иногда у мужчин полностью отказывал мозг. Я отодвинулась от брата, не обращая внимания на внезапное головокружение. Омер, заметив, что мне стало плохо, подошел ко мне, приобнял и вывел на кухню.

– Стой спокойно и ни звука!

Я остановилась как вкопанная, вспомнив голос Серхата. Я была еще не готова вновь очутиться на кухне. Омер уставился на меня, не понимая, почему я вдруг остановилась. Он проследил за моим взглядом.

— Тогда пойдем наверх, – предложил он, считав мое состояние. – Я принесу тебе что-нибудь поесть.