Книга Птица, лишенная голоса, страница 176 – Рукие Идели

— Все закончилось, Ляль. Милая, все хорошо, – приговаривал он, прижимая мою голову к своей груди, чтобы я не видела, что происходило на кухне.

— Тебе конец, урод! – крикнул он в сторону Серхата, все еще прижимая меня к себе. – Я тебя убью!

Я попыталась обхватить Карана дрожащими руками, но мне это не удалось.

— Каран, – произнесла я, сотрясаясь от плача.

Сквозь звон в ушах я расслышала голос Омера. Мое тело все еще переживало последствия стресса, который я испытала.

— Как ты посмел? – закричал он и с силой ударил Серхата кулаком по лицу; меня начало тошнить от звука ударов и скрежета костей.

— Ляль? – с беспокойством спросил Каран. Он хотел приподнять мою голову, но я его остановила. Мне нужно было время, чтобы прийти в себя, и я попыталась сосредоточиться на запахе Карана, наполнявшем мои легкие. Омер кричал и сыпал проклятья, и я все еще могла слышать звук ударов, которые он наносил Серхату.

Я не знала, сколько людей сейчас было на кухне, но чувствовала себя так, словно была здесь одна. Даже Каран, который гладил мои волосы и говорил успокаивающие слова, не мог помочь мне перестать чувствовать себя одинокой. Мне все еще было очень страшно.

Кто-то нежно коснулся моих ног, отчего я задрожала только сильнее. Это Босс прижимался ко мне, словно говоря: «Не бойся». Мой герой рядом.

Несколько секунд спустя Каран все же отстранился от меня и заставил посмотреть ему в глаза, и в этот раз я смогла это сделать. За его участливым взглядом я увидела пламя гнева. Заметив, что я все еще дрожу, он снял с себя рубашку и, не спрашивая, надел ее на меня через голову.

Мое тело казалось мне пустым сосудом. Я не могла пошевелить ни руками, ни ногами.

— Не плачь, – сказал мне Каран, словно прося об одолжении. Он просунул мои руки в рукава рубашки и снова прижал к своей груди.

— Умоляю тебя, не плачь!

Из моего горла вырвался громкий всхлип. Я не могла остановиться.

— Пожалуйста, не заставляй меня думать о плохом!

Я рыдала. Даже когда Серхата вывели из кухни, я продолжала плакать, пока страх наконец не отступил. Я судорожно дышала, осознавая, насколько близка была к смерти. Что произошло бы, если бы Босс прибежал на кухню на пару минут позже? В такие моменты людям хочется, чтобы рядом с ними была их семья.

Каран был рядом со мной, но он никогда не заменит мне отца, который приговаривал: «Моя Ляль». Однажды те, кого я любила, умерли, и теперь, из-за чего бы я ни грустила, я всегда оплакивала и их смерть. Каран все так же гладил меня по волосам, продолжая повторять: «Все прошло». Он крепко прижимал меня к себе, а мои слезы текли по его обнаженной груди. Казалось, он боялся, что, если отпустит меня, со мной что-то случится. Но это на самом деле было так. Я ощущала себя виноградной лозой, обвивающей статное дерево, уходящее корнями глубоко под землю. Я похоронила свою семью, которая была моими корнями, но обнимала человека, который, возможно, мог стать моей опорой в жизни.

— Маленькая птичка, – раздался тихий голос Омера, и я повернула голову, встретившись с ним взглядом.

— Омер, – только и смогла произнести я, видя, сколько тревоги в его глазах. Омер наклонился и взял мою дрожащую руку в свои ладони.

— Т-с-с, все закончилось, – сказал он, стараясь меня успокоить. – Смотри, мы с тобой рядом. Больше этот ублюдок никогда не причинит тебе вреда. Больше никто не сможет этого сделать!