Книга Девушка моего брата, страница 33 – Ингрид Романова, Саша Ветрова

— Я маме позвонила денег одолжить, так она меня таким гавном облила! Начала требовать, чтобы перестала дурью маяться, и москвича своего в оборот брала. Ха-ха. Я ей рассказала, что Матвей сделал, а она меня мириться с ним послала. Еще и денег на такси скинула, чтобы я это… побыстрее. А я… вот! – и снова выставляет бутылку, а затем, махнув рукой, отпивает из горла.

Несколько капель проливается мимо рта, скатываются по ее шее вниз прямо в вырез халата, а я тяжело сглатываю, потому что мысленно следую за ними.

— Начала, мол, тетя Таня терпит, а ее муж колотит, так еще и денег тянет. Че я не потерплю? – смеется раскатисто. – На учебу не смогу восстановиться в этом году – пропустила сроки, меня послали. Еще и платить за обучение нужно, потому что бюджетных мест нет. Не потяну в общем. Так и останусь неучем. Да еще бы взяли куда-то работать, но! – хохочет неестественно, ее смех по венам режет. – Меня даже в официантки не берут! Белоручкой назвали. Сказали, что не верят ни одному моему слову о желании работать. И что одета я слишком дорого. И вообще… с парнем помирюсь – и брошу все. А Я НЕ СОБИРАЮСЬ К НЕМУ ВОЗВРАЩАТЬСЯ! – срывается ее голос после внезапного крика души.

Я сжимаю пальцы в кулак, которые тянутся к ней.

— Он, кстати, звонил.

— Кто? – напрягаюсь вмиг, уже зная ответ.

— Матвей.

— Зачем?

— Напомнить, что я шлюха, – она так спокойно пожимает плечами, что я точно вижу – она ни хуя не спокойна. – Сказал, что ты поиграешься мной и бросишь, а он уже обратно не примет. Что у тебя шкурный интерес, а я… ну ты понял, кто я. Что у тебя нет сердца и бла-бла-бла…

Она ухмыляется, но как-то неприятно, оставляя горькое послевкусие.

— Как будто я и без него не знаю, что не нужна тебе, – а потом резко поворачивает ко мне голову и тычет в меня указательным пальцем. – Я не буду твоей содержанкой, если ты на это рассчитывал!

Не отвечаю, бесполезно. Этот спор она ведет сама с собой, все равно ничего не услышит.

— Я уеду, – продолжает тише и растеряннее. – К маме. Больше, как оказалось, некуда. Поорет, но не выставит же. Я у нее одна все-таки. Ну подумаешь, главный позор на деревне – смоталась в столицу и вернулась в Канеловку. И я все возмещу!

Тут уже я не сдерживаю улыбки, она так грозно звучит.

— Что интересно? – сажусь напротив нее, упираюсь спиной в основание кухонного острова.

— Ну проживание, весь этот “ол инклюзив”, услуги водителя…

— Глупости не говори.

Забираю у нее бутылку и делаю глоток. Морщусь, язык вяжет, но проглатываю. Для этих бесед нужен допинг.

— Больше мне нечем тебе отплатить. Или ты тоже считаешь меня шлюхой и думаешь, что я буду спать с тобой? – она краснеет, стискивая зубы, потом закидывает голову выше, упирается затылком в стену. – Я же ни с кем, кроме него… Хотя давай, почему нет?

Я даже давлюсь и едва не выплевываю вино обратно в бутылку. Мотаю головой, в глаза ей не смотрю.

— Купи себе вибратор и успокойся.

— Нет, я правда хочу! – Даша подползает ко мне на коленях. Не на четвереньках, вертикально, но и этого хватает, чтобы выдержка затрещала по швам, потому что полы ее халата расходятся, а под ними… под ними ни хуя. Бюстгальтера точно нет.

Упирается ладонями в мои колени, бесстрашно нависает надо мной, отбирает бутылку и пьет для храбрости еще.