Книга В объятиях тёмного короля, страница 192 – Аманда Лили Роуз

От этого звука колени подкашиваются с новой силой, предательски дрожа. Ориентация в пространстве потеряна окончательно. Неожиданный подъем посреди ночи, грубо брошенная в лицо одежда. Затем -меня посадили в машину с затемненными стеклами, и долгий гулкий перелет. Меня вырвали из одной реальности и вбросили в другую, как вещь. И единственное, что осталось от меня – эта точка. Воображаемый гвоздь, вбитый в реальность, за который я цепляюсь изо всех сил. Если перестану на ней сосредотачиваться – разобьюсь. Останется только тело, которому приказали уничтожать.

И я очень надеюсь, что эта машина никогда не остановится, но сегодня мне явно не везет – и когда машина резко останавливается, меня бросает вперед. Сердце замирает, потом начинает бешено колотиться снова. Джорджо резким жестом указывает на свёрток у моих ног, приказывая надеть черную балаклаву на лицо. Я послушно исполняю то, что он требует.

Фургон наполняется шепотом и звуками передергиваемых затворов.

— Окружите дом. Тихо и быстро. И помните… – Он поворачивается ко мне, и даже сквозь мрак я чувствую тяжесть его взгляда. – Мы ищем его жену и девчонку. Если увидишь кого-то – не кричи, не думай, просто бей в висок. Только помни: нужно сделать так, чтобы не убить. Они нужны нам живыми. Только живыми – и тогда этот сукин сын наконец заплатит сполна.

В висках пульсирует одна мысль: мне тринадцать лет. А через несколько минут я должен буду стать монстром.

Двери фургона распахиваются с глухим стуком, впуская внутрь влажный воздух, пахнущий сырой землей и чем-то цветущим, незнакомым. По приказу Джорджо я выскакиваю вместе со всеми, но уже через два шага теряюсь.

Кажется, мир перевернулся. Это не наш серый, дымный город. Здесь небо низкое, усыпанное чужими, слишком яркими звездами. Я понятия не имею, где мы. И как называется этот спящий город, чьи низкие крыши утопают в черноте.

По плану Джорджо – я должен зайти с тыла. Пока другие берут перед, я, самый незаметный, должен просочиться с заднего хода. Дом. Он небогатый. Совсем не похож на тот, где живу я. Одноэтажный, штукатурка облупилась, черепица на крыше местами просела. Скромный. Обычный. В таком могли бы жить… кто угодно. Но явно не тот, кто мог перейти дорогу семье Монтальто. И от этой мысли мне становится физически плохо.

Я пробираюсь вдоль стены, касаясь шершавой поверхности кончиками пальцев. Нахожу дверь и лёгким толчком плеча открываю ее. За дверью – коридор.

Те, кто сейчас мирно спят в этом доме, явно не готовились к нашему визиту…

Пол скрипит под грубой подошвой моих ботинок, а в нос сразу же бьёт запах еды – домашней. Я прохожу мимо приоткрытой двери ванной комнаты, мимо темного проема, где, кажется, стоит детский велосипед. И вижу приоткрытую дверь, а из неё льется полоска мягкого, тёплого света. Мне составляет труда догадаться, что это ночник, ведь у Луизы в комнате стоит такой же. Да у каждого ребенка, который боится темноты в спальне стоит такой!

Руки леденеют, но я делаю шаг вперед и бесшумно проникаю внутрь.

В мягком свете ночника я с легкостью рассматриваю небольшую кровать, на стуле сидит потрёпанный мишка, и рисунок на стене: солнце, дом, три фигурки.Я оказался прав. Детская.

И… она.

Девочке, лет пяти, не больше. Она уткнулась лицом в подушку, а густые чёрные волосы рассыпались вокруг головы тёмным ореолом. Она забавно сопит, издавая тихие звуки, и во сне морщит маленький носик, будто что-то обнюхивает или не соглашается с сюжетом своего сна.