Книга Развод в 45. От любви до ненависти, страница 24 – Тала Рид, Крис Гофман

Таисия

Куда она запропастилась? - нервничаю, разыскивая именинницу.

Не то чтобы я злилась, но гости продолжают прибывать, все хотят поздравить Карину, вручить подарки, а её нигде нет.

Это не просто неудобно, а откровенно неприлично. Такое наплевательское отношение к приглашённым мне совершенно непонятно.

Она даже к бабушке не подошла, а отца будто намеренно проигнорировала.

Поведение Карины выбивает из колеи.

Что случилось?

— Мам, она на второй этаж пошла, я видела, - произносит Кристина, стоя у лестницы.

— Хорошо, спасибо, - киваю.

Поднимаюсь наверх. Тишина.

На мгновение мне становится тревожно. Может, у дочери какие-то проблемы?

Из дальней комнаты доносятся странные звуки и шуршания.

Иду на шум.

Охи-вздохи вводят в ступор. Кажется, даже краснею от догадок.

На празднике дочери полно молодежи, но то, что творит незнакомая пара влюбленных, просто неуместно.

Могли бы и потерпеть.

Подхожу ближе и прикладываю ухо к двери. Мало ли там моя дочь и тот самый жених, о котором упоминала младшенькая.

— Давай прекратим прятаться. Мне уже двадцать три, я хочу ясности и стабильности, - раздается голос Карины.

Жесть. Точно она.

— Ты решила обсудить наше будущее прямо сейчас? Без трусов? - звучит до боли знакомый тембр, от которого стынет кровь. - Приводи себя в порядок и пойдём вниз, пока не огребли неприятностей.

Не медля ни секунды, я резко распахиваю дверь.

Она ударяется о стену с глухим стуком, словно подчеркивая мою решимость.

Даже не закрылись, - стучит в висках.

Картина перед глазами буквально выбивает воздух из лёгких.

Взгляд падает на парочку, застывшую в моменте: шок, неловкость, попытка прикрыться - всё это происходит одновременно.

Карина стоит полностью обнажённая. На полу валяются трусики, чулки, рядом небрежно брошены её шикарное платье и туфли. На шее — тот самый кулон. В ушах сверкают серьги...

— Тая... - затравленно бормочет Костя, лихорадочно застёгивая ремень трясущимися руками. - Я сейчас всё объясню...

Лучше бы мне выстрелили в висок. Лучше бы я сгорела заживо. Но нет, судьба решила изощрённо унизить: в сорок пять лет я столкнулась лицом к лицу с гнусной реальностью...

— Так это ты? - вопрос рвется из груди, превращаясь в крик. - Господи... Карина, ты - любовница моего мужа?

Буквально сегодня утром мне звонил человек, который занимается слежкой за Константином, пообещав предоставить фото и видеозаписи на завтрашней встрече, но ни словом не обмолвился, что та, с кем веселится супруг – собственный ребенок.

Дикость. Шок.

Разве так бывает?

Я зажмуриваю глаза и снова открываю. Смотрю в лицо предательницы, и не могу поверить в происходящее.

Дочь не поднимает головы, будто пытается спрятаться от испепеляющего взгляда.

— Отвечай! - голос дрожит от ярости.

— Мама, я… Это было не специально. Пожалуйста, пойми и прости. Я люблю тебя, но в чувствах, как на войне. Каждый за себя. Отчим - лучший мужчина на земле, не получилось устоять.

— Не называй меня мамой! - рявкаю. - Ты уничтожила нашу семью. Растоптала женщину, которая тебя родила, вырастила.

Она молчит. Константин где-то за спиной тоже не смеет вымолвить ни слова.

И остаётся только тишина.

Холодная, звенящая пустота, в которой рушится моя жизнь.

— Костик, скажи ей! - визгливо обращается к мужу.