Книга Дофамин, страница 118 – Лана Мейер

Но после секса он всегда отстраняется и относит меня в спальню, потому что ненавидит спать вместе. К тому же, он так сильно врубает кондиционер, что я и сама не хочу спать в этом северном полюсе.

Редко, очень редко, у нас случались другие ночи.

Дэймос приходит поздно: уставший настолько, что просто ложится рядом. Обнимает меня сзади, зарывается лицом в волосы. Дышит глубоко, будто пытается впитать в себя мой запах и это чертовски приятно.

Однажды, я даже сделала попытку узнать его ближе.

— Расскажи о детстве, – шепчу я в темноте.

Его тело каменеет от одной лишь моей попытки задать ему такие вопросы.

— Нечего рассказывать, Мия.

— У всех есть что рассказать.

— У меня нет.

— Дэймос, я просто хочу узнать тебя…

— Ты знаешь достаточно, – обрывает он.

И я замолкаю, потому что чувствую: если надавлю сильнее, он уйдёт. Эмоционально или физически – не важно. Он уйдёт. А я, к сожалению, уже не хочу чтоб он уходил и чувствую, с каждым днем чувствую, как привязываюсь сильнее.

Я просто идиотка, которая наивно полагала, что этого не произойдет.

Однажды ночью я просыпаюсь от странного звука.

Тяжелое, быстрое, прерывистое дыхание заполняет комнату и я открываю глаза. Дэймос сидит на краю кровати, согнувшись пополам и обхватив голову руками. Его плечи трясутся, словно от лютого холода.

— Дэймос?

Он не отвечает мне и продолжает дышать так, словно тонет в отбойном течении. Я включаю свет на тумбочке, несмотря на то, что в комнате итак горит несколько ночников. Замечаю, что его лицо бледное и покрытое потом. Глаза широко открыты, но он словно не здесь.

Похоже на паническую атаку. Черт.

— Дэймос, смотри на меня, – говорю я, подползая к нему на постели. – Дыши со мной. Вдох… выдох…

Дэймос не слышит и просто жадно хватает ртом воздух.

— Я здесь. Ты в безопасности. Дыши.

Медленно, очень медленно, его дыхание выравнивается. Наконец, он фокусирует взгляд на мне.

— Мия…кажется, это сердце, – выдает Дэймос, и я прекрасно понимаю, что при панической атаке похожие симптомы, как при инфаркте. Однажды, со мной случалось такое, и я не успокоилась пока не приехал врач и не сказал мне, что мое сердце абсолютно здорово: хоть в космос лети.

— Я вызываю твоего врача. Я напишу Николь, она знает, кому звонить?

— Нет, – хрипит он. – Не надо.

— Тебе плохо, Дэймос!

— Пройдёт. Всегда проходит.

Спустя полчаса, врачи осматривают Дэймоса. Измеряют давление, делают кардиограмму. Я стою рядом и держу его за руку, все еще не в силах поверить, что вижу его в таком состоянии. Кажется он тоже не может поверить в это, и будет долго мстить мне за это – за то, что посмела увидеть его уязвимым. Я уже хорошо изучила его психику и этот жуткий избегающий тип привязанности. Каждый шаг сближения – это кредит, который выходит мне потом расплатой в два шага отдаления.

— Это паническая атака, мистер Форд, ничего серьезного, – констатирует врач. – Вам нужен отдых, мистер Форд. И, возможно, консультация психотерапевта.

— Благодарю вас, что приехали. Мне не нужен психотерапевт. Я просто…слишком монго работал на этой неделе, – Дэймос вдруг резко встает, отпуская мою руку и уходит в ванную.

Я вдруг осознаю, что гораздо больше, чем паническая атака, его испугала моя близость.