Книга На адреналине, страница 192 – Кира Оллис

Но неоспоримый факт так просто не забыть. Вечером я отправила ему целую пулемётную ленту своих порнушных фотографий в нереально эротическом чёрном белье. Да-да, та самая классика: чулки, подвязки, полупрозрачный бралетт, трусики с прорезью на причинном месте. Я даже растяжкой целую неделю занималась, чтобы поразить его гибкостью и изощрёнными позами до глубины души и не только. Мы не раз увлекались такими играми, а однажды Киллан прервал деловую встречу в ресторане, чтобы запереться в уборной и по видеосвязи закончить начатое. А что сделал он сейчас?

Твою мать… Даже вспоминать больно. Он просмотрел снимки (а возможно, тупо пролистал сразу до последнего) и вышел из сети.

И всё? Всё?!

Я специально отправляла их вечером, чтобы не отвлекать его от дел, а получила выход из сети?

«Пора прозреть, Адриана. Он тебе изменяет»,– любезный голос в голове снова даёт о себе знать.

Написав вдогонку гневное сообщение «Иди к чёрту!», я не вышла из мессенджера, как он. Я совсем отключила телефон.

Четыре с половиной недели. Ровно столько у нас не было секса.

Шторм внутри стремительно разросся до максимальных двенадцати баллов: от желания разреветься до желания прикончить Киллана прошло всего несколько минут.

Принимаю сидячее положение на нашей огромной круглой кровати и осматриваюсь, не представляя, с чего начать и куда поехать. Мы купили эту квартиру год назад после продажи самой крупной партии мотоциклов. Киллан с Домиником тогда только открыли первый мотосалон «KIngDOM»⁷, ставший королевством для истинных ценителей байков. А теперь у них договора с крупными производителями и продажи эксклюзивных моделей, дизайн которых разрабатывается не без моего участия. Нестандартное абстрактное мышление пригодилось и вылилось в футуристичные элементы, аналогов которым нет в мире.

В общем, жизнь била ключом во всех сферах, мы были безумно счастливы, и у нас не было никаких проблем. Тем более проблем в интимной жизни. Да какой там! Проще посчитать дни, когда у нас не было секса, чем наоборот. Даже во время месячных мы пользовались другими доступными способами, если было настроение. А теперь он меня избегает.

Мы обещали быть честными друг с другом. Почему он прямо в глаза не скажет о том, что расхотел, разлюбил? И вообще, с чего вдруг должна сваливать из нашей квартиры я? Пусть катится сам на все четыре стороны!

На место обиды моментально приходит животная ярость. Срываю с себя чулки, раздирая в нескольких местах, а следом остальную атрибутику, которая всё равно не пригодилась и теперь не пригодится. Голышом отправляюсь в кухню-гостиную, чтобы выбросить это добро в мусорное ведро. Затолкав бельё как следует, складываю ладони на поясе, меча взгляд по сторонам, пытаясь выхватить то, что поможет ослабить агонию, устроившую в груди ядерную войну. Чёртов минимализм в интерьере сейчас совсем некстати! Хочется что-то разбить, раздавить и ударить. Но вокруг только крупные предметы, а новую посуду, которую нам подарили родители в честь новоселья, жалко.

Позвонить Николь? Не вариант. Её педантичный Дэниел, который сегодня остался у неё, вряд ли будет рад ночному звонку. Особенно от меня. Оказывается, я плохо влияю на подругу своей невоспитанностью и неумением следить за языком. Мы с ним не поладили, но самое грустное: за те полгода, что они вместе, он методично ломает мою задорную, вздорную, безбашенную и самую искреннюю Никки, а она этого будто не замечает. С появлением в её жизни Дэнни мы отдалились друг от друга, и за одно только это его вполне можно ненавидеть.