Онлайн книга «На адреналине»
|
Пытаюсь поминутно вспомнить наши дни и ночи. Все до единой. Переписки, бесконечные поцелуи, встречи украдкой, свидания, поездки… Сажусь на кровати, будто прозрел после длительной слепоты. Поездка в её дом. Чёрт возьми! Стоя в том шкафу, она вспомнила что-то связанное с изнасилованием? Это объяснило бы, почему она избегала близости со мной, хотя до этого была её ярым инициатором. И паническое состояние в шкафу не имело никакого отношения к сексу тех двоих. Оно имело отношение к Линдену. В памяти предстаёт самое красивое в мире женское лицо с глазами невероятного цвета, и я в очередной раз корю себя за то, что не стал слушать её в том чёртовом номере. Как я мог так ошибиться? В них читался не стыд из-за поимки с поличным, а вина. Вина… Точно так же она смотрела на меня после происшествия в доме Линденов. Её тошнило, она плакала. А вопрос про смертный грех, который я обратил в шутку? Она могла сказать всё ещё тогда. Хотела, но сильно боялась. И дело не в отце-педофиле. Её вины здесь нет и быть не может, и она это понимает. Следовательно, винит себя Адри в другом. Смертных грехов не так-то много, поэтому ответ на этот вопрос очевиден. Очевиден для неё, но не для меня. Никогда не поверю, что Адриана могла стать причиной их смерти. Я бы мог, а она – нет, и плевать, если в её головке застряло противоположное убеждение. Кое-как совладав с собой и уняв тремор в конечностях, открываю папку. Чёрт, одна только мысль о том, что мою синеглазку насиловал этот ублюдок, образует перед глазами багровый туман безжалостной агрессии. Если бы он не был мёртв, я бы угандошил его сейчас. Клянусь. «Пациентка, Адриана Линден, … года рождения, поступила в Центр медико-криминалистических исследований с целью комплексного медицинского обследования в связи с первичными симптомами, указывающими на посттравматическое стрессовое расстройство в результате…» Бегло прохожусь по стандартному тексту, в который вставляют только имена вновь поступивших пациентов. Это незначимая для меня информация. Опускаюсь вниз до результатов осмотра узкими специалистами и диагнозов, и с первой же строки меня словно бьют под дых. «Терапевт: Состояние пациента на момент осмотра средней тяжести. Кожные покровы, не прикрытые одеждой, чистые, бледные. На запястьях присутствуют борозды и ссадины, предположительно, от верёвки. На вопросы не отвечает. Пальпация не выполнена, поскольку пациент не даёт к себе прикасаться, реагирует агрессивно на попытки притронуться. DS: Соматически здорова. Состояние психологического шока. Требуется консультация психиатра, невролога, кардиолога, гинеколога. Рекомендовано обследование под общим наркозом». «Гинеколог: Наружный осмотр проводился под внутривенной анестезией с согласия опекунов. В области гениталий определяются подкожные гематомы на два, четыре, девять и двенадцать часов. Внутренний осмотр с помощью зеркал не проводился ввиду малого возраста пациента. Взят мазок для дальнейшего анализа на флору и ДНК-экспертизы. УЗИ: размеры матки и яичников соответствуют возрасту. В правом яичнике обнаруживаются фолликулы…» Останавливаюсь, чтобы перевести дыхание, потому что я, блядь, не дышал. Гематомы… Что с ней делал этот подонок?! Представляю Адри крохой, и сердце сжимается до рези, будто его кто-то стянул колючей проволокой. Зачем я хотел вернуть ей память? Зачем?! |