Книга На адреналине, страница 128 – Кира Оллис

* * *

Киллан

Доехав до места, отправляю условное сообщение Стивену, мужу Глории, которого я втянул в преступный сговор. Громко сказано, конечно, если учесть, что у него зенки загорелись, как фары дальнего света, стоило ему услышать мою просьбу. Довольно неплохо иметь среди родни гениального программиста.

— Где мы? – в голосе моей малышки чувствуется волнение. Она пока не узнаёт свой дом, но мы и встали со стороны заднего двора, чтобы проскользнуть незаметно для соседей.

— Это твой бывший дом, – как можно ровнее сообщаю я. Не стоит делать из этого что-то выдающееся, иначе можно добиться обратного эффекта.

— Киллан! – встрепенувшись, Адриана хватает меня за плечо. – Я думала ты шутишь!

— Значит, неправильно думала. – От Стива как раз приходит подтверждение. – Пойдём, у нас есть не больше часа.

Именно столько занимает перелёт хозяев дома в другой штат, а потом они могут поднять тревогу, если подключатся к охранной системе удалённо и обнаружат её в неактивном состоянии.

— Мы что, проникнем туда, как воры? – от негодования её голос становится выше на несколько октав.

— Нет, мы же не будем ничего у них брать, – подбадриваю я. – Ты обещала мне довериться, и у нас осталось на две минуты меньше.

— А где владельцы?

— Уехали в отпуск на Рождество. Сигнализация и камеры наблюдения отключены, можешь не беспокоиться, а теперь пойдём, – переваливаюсь через неё, открывая ей дверь, и быстро целую. – Всё будет хорошо.

Мои нескольконедельные наблюдения не прошли даром. Я изучил всё: во сколько они покидают дом и когда возвращаются, каким образом закрываются и открываются ворота. Но нам они и не нужны. Проход с задней стороны замыкается умным магнитным замком. Но поскольку Стивен умнее, мы беспрепятственно входим во двор, служащий площадкой для семейного отдыха.

— Узнаёшь что-нибудь? – шепчу, пока мы осторожно переступаем по витиеватой каменной дорожке, огибающей разные кустарники и опавшие цветы. Снег освещает нам путь вместо ночных фонарей, коих здесь десятки, но они отрублены в том числе.

— Пока нет. Всё чужое, – откликается Адриана, вцепившаяся в мою ладонь.

— Оботри подошву, чтобы не следить. – Мы оба некоторое время топчемся по придверному резиновому коврику, и я без опаски опускаю ручку. В перчатках, конечно. Мало ли что.

Дверь открывается без малейшего скрипа, впуская нас в чужое жилище. Свет включать рискованно, но наши глаза довольно быстро привыкают к темноте, а благодаря панорамным окнам на первом этаже и снегу снаружи обстановка просматривается довольно чётко.

Но, увы, новые жильцы здесь всё переделали. Даже та лестница теперь другая: прямая, с деревянными ступенями и чёрными металлическими перилами. Если родители Адрианы пихали золотые оттенки во все открытые поверхности и были помешаны на вычурном декоре, то нынешние хозяева – на скандинавском стиле. На стенах висит по паре больших чёрно-белых фотографий, которые кажутся безликими. Вряд ли на них запечатлены члены семьи. Скорее, они куплены дизайнером на какой-нибудь выставке и висят здесь для красоты.

Наша квартира тоже обставлена в духе минимализма, но хотя бы чувствуется жизнь и характер. На холодильнике висят магниты с нашими фотками, а на диване в гостиной вместо подушек неизменно лежит плюшевый крокодил, подаренный мне предками от лица Адрианы в четырнадцать, и плюшевая змея, подаренная уже ей год спустя. Только от меня лично.