Книга На адреналине, страница 110 – Кира Оллис

А сейчас увеличиваю двумя пальцами изображение, как влюблённый дурачок. Начинаю своё исследование с курносого носика с тремя веснушками и крохотным камушком во впадинке. Самый неброский её прокол. Самый первый. Я отслеживал, да.

Плавно перехожу к другим зонам. Чуть дольше останавливаюсь на улыбчивых глазах редкого синего цвета, пушистых, почти чёрных ресницах, розовых губах с чётко очерченным контуром… Машинально провожу по ним, вспоминая их вкус. Летний. Поцелуи с Адрианой ассоциируются со знойным летом, тропическими фруктами и жарой. Потому что рядом с ней охренеть как жарко.

Фоткаю коврик под ногами, потому что снимать себя не люблю, и отправляю самое антиромантичное фото в мире с небольшой припиской.

К: «Я влюбился».

Пишу, пока не передумал. Она должна знать. Жду ответ, применяя к экрану чёртов гипноз, будто я на уровне телепатии сумею докричаться до Адрианы в соседней комнате.

И она слышит. Статус «прочитано» появляется одновременно с перекрытием просвета в моей гортани. О том, что я не дышал, понимаю, когда слабый стук в дверь снова открывает этот невидимый клапан, вставший поперёк горла.

Отмыкаю дверь и резко распахиваю её, ожидая увидеть Доминика, Глорию или Стивена, так как родители в эту сторону квартиры захаживают крайне редко. Но моё чутьё ошибается.

Нахмуренная Адриана толкает меня рукой в грудь, вынуждая отступить на шаг, и, быстро прикрыв за собой дверь, задаёт неожиданный вопрос:

— Скажи мне, – ладошка с ярко-розовыми ноготками снова ложится поверх моих грудных мышц, и взгляд устремляется туда же, – здесь только я?

Теперь хмурюсь я. Она сомневается в том, что я написал? Действую быстро, пока нас не поймали с поличным. Обхватив её лицо обеими руками, обрушиваюсь на уже реальные губы. Без участия языка, без намёка на секс. Просто прилипаю к ней, пытаясь сказать больше, чем это способен сделать голос.

— Только ты, Адри, – выговариваю безапелляционным тоном. – И больше, чем здесь. Ты везде. – Захватываю её ладонь в свою, крепко сжимая. – А теперь иди.

Синий взгляд из-под ресниц наполняется доверием, от которого щемит сердце. Никогда бы не подумал, что пригоден к чувствам, над которыми зачастую насмехался. Мне казалось, что вся эта сопливая романтика, общение глазами, признания – пафосная картинка из кинематографа, нацеленного на женскую аудиторию. И я сейчас не про детскую влюблённость, а про то состояние, когда дорожишь человеком больше, чем собой. Больше, чем собственными принципами.

Особенно убеждаюсь в этом, когда за ней тихо закрывается дверь, а я остаюсь один в небольшом помещении, в котором продолжает витать её запах.

Как же долго я тебя ищу, Адриана… Но я найду, обещаю.

Адриана

Наша тайная связь похожа на сладкое предвкусие в томительном ожидании свиданий с глазу на глаз. Будними вечерами я, как прожжённая шпионка, пробираюсь в спальню Киллана. Она дальше моей, что существенно уменьшает шансы быть услышанными, а в выходные… А не было у нас пока общих выходных!

В эту субботу, на которую мы так рассчитывали, Лилиан и Макс остались дома. Они посчитали кощунством устраивать себе отдых, когда надо приложить максимум усилий для поиска напавших на меня людей. Поэтому сейчас мы не придумали ничего лучше, чем уединиться в машине Кроу, встретившись в условленном месте на пожухлой лужайке возле реки Потомак. Мы с ним в прямом смысле прячемся по зарослям. Но конкретно эти заросли очень живописны. Да и плевать на них, по большому счёту. Мы всё равно откинули оба сиденья, чтобы устроиться на них лёжа в обнимку с видом на потолок с кожаной обшивкой. Консоль, кстати, совсем не мешает лежать у Киллана на плече.