Книга Папа для мамонтенка, страница 87 – Аня Истомина

— Да, конечно, иди, – отмахивается. – Счастливо.

Я ухожу в каких-то странных, растрёпанных чувствах. По сути, ничего не произошло, но мне всё равно неспокойно. А еще у меня какой-то неприятный осадок после поцелуя. Вроде как не ожидал, а вроде как и виноват. Поэтому, чтобы поскорее забыть о произошедшем, я покупаю по пути в магазине игрушек большого кота и еду к Любе.

А когда она открывает мне, вся такая домашняя и уютная, с порога сжимаю ее в объятиях и целую.

— Кот, что происходит? – удивлённо выдыхает она, прижимая к себе мягкую игрушку, когда я, скинув куртку, подхватываю ее на руки и тащу в комнату.

— Я подумал, что если гора не идёт к Магомету, то значит, Магомет идёт к горе. Поэтому, если ты не хочешь ночевать у меня, то я останусь у тебя.

Ворочаюсь.

Сон не идет. Все мысли о том, что произошло. Я не рассказал Любе, что встречался вечером с Алиной, не желая расстраивать ее, но прекрасно понимаю, что мне придется это сделать.

Я привык доверять людям, и поэтому не ожидал от Алины какой-то подставы, но то, что она ее готовит, не вызывает у меня сомнений. Слишком подозрительно выглядело все, что происходило. Слишком гладко и сладко.

Не в моих правилах засирать бывших, но я помню её рассказы про работу. Как соперник – она страшный человек и не поднялась бы до такой должности, если бы не умела идти по головам ради своей цели. Просто я и подумать не мог, что она поставит цель отомстить мне.

— Кот, ну что ты крутишься? – сонно бормочет Любимка, и я со вздохом прижимаю ее к себе. Обнимаю как самую большую ценность в мире.

Как же мне не хочется посвящать тебя, моя маленькая, в эти интриги. И пускай ты можешь завалить даже нескольких рослых мужиков, в глубине души ты очень ранимая девочка.

Засыпаю кое-как.

Утром мы просыпаемся с Любой по будильнику и собираемся на работу. Пока Любимка делает кофе, я режу бутерброды и прокручиваю в голове одно и то же.

— Тимур, – зовет меня Люба, и я понимаю, что она уже какое-то время смотрит на меня.

— А? – поворачиваюсь к ней. – Я задумался.

— О чем? – хмурится она, поставив передо мной чашку с кофе. – Ты сам не свой.

Вздохнув, откладываю нож и сажусь на стул.

— Знаешь, я все время пытаюсь замечать в близких людях только хорошее, а на слабости закрывать глаза. Все мы не без греха. Но, иногда я не понимаю, как я мог не заметить настолько очевидных тревожных звоночков.

— Боже мой, Кот, я тебя чем-то обидела? – напрягается Любимка.

Усмехнувшись, притягиваю ее к себе в объятия.

— Нет, Любаш. Меня никто не обидел. Но мне придется тебе кое-что рассказать, чтобы потом не стало еще хуже.

Люба каменеет в моих руках, словно ожидая самой неприятной новости из возможных.

— Тимур, – просит она внезапно сорвавшимся голосом. – Не томи.

— Алина меня не бросала, – признаюсь и чувствую порыв Любы отодвинуться в эту же секунду, поэтому сразу продолжаю. – Это я с ней расстался, на самом деле. Просто мне в тот момент не хотелось говорить об этом. Казалось, что так будет… благороднее по отношению к бывшей девушке. А потом мы решили пожениться, все закрутилось, и я не хотел портить свадьбу.

— Кот, – ошарашенно смотрит на меня Любимка, – ты бросил Алину из-за Катюли?

— Не совсем так, – качаю головой. – Катя лишь сыграла роль увеличительного стекла, благодаря которому я понял, что между мной и Алиной очень мало общего. Даже если бы родственники Катюли были живы, я бы все равно расстался с ней после того, как она отреагировала на ребенка. Но пробема сейчас в другом: Алина узнала про нашу свадьбу, потому что видела в клубе, и считает, что мы с тобой встречались задолго до нашего с ней расставания. А еще, кажется, намерена отомстить. И царапина на машине – это только начало.