Книга Папа для мамонтенка, страница 69 – Аня Истомина

— Да, блядь! – рычу и вытаскиваю его обратно, отхожу в сторону от ребят. – Да!

Есть у меня дурацкая черта – я боюсь отказать в помощи тому, кто реально в ней может нуждаться. Ну вот, вдруг на Алину напали, и я – ее единственная надежда?

— Привет, – раздается голос Алины. Не плачет, не заискивает, не строит из себя оскорбленную. Просто обычное “привет”, как говорят знакомым. – Извини, если отвлекаю, я хотела уточнить, могу ли я зайти за вещами? Забыла у тебя кое-что важное. Надеюсь, ты не успел выкинуть?

— Конечно. – пожимаю плечами. – Приходи. Я ничего не трогал.

— Тогда можно я заеду часа через три? – уточняет, подумав.

— Слушай, Алин, я сейчас с друзьями, пьяный, – усмехаюсь. – Давай в другое время?

— Ну, хорошо. Тогда созвонимся позже.

— Договорились, – соглашаюсь и, отключив еще и вибрацию, убираю телефон обратно в карман.

Возвращаюсь обратно в зал и в первые секунды теряюсь, потому что в нем творится какая-то вакханалия.

Гости как безумные копошатся на танцполе в куче мелкой бумаги, подбрасывают ее, бросаются ей. Даже генерал с женой участвуют в этом безобразии. Вижу, как Тёма, забыв про мой кофе, ныряет в гущу событий.

— Тимур! – из эпицентра бумажной бури и парящих в воздухе блестящих конфетти выбегает Любимова и хватает меня за руку. – Пошли скорее!

Бумажным парадом командует фея.

Бросаю взгляд на работников кафе, с интересом подглядывающих за нами из-за двери в подсобку, и понимаю, что им нужно будет добавить чаевых за уборку всего этого великолепия. А потом получаю охапку бумаги в лицо от брата и с азартом ввязываюсь в бумажную войнушку. Бесимся как маленькие дети. Весело! Потом на скорость делаем из генерала и Артура мумий при помощи все той же самой бумаги. Все-таки лезу обниматься к Николаю Егоровичу и никто меня не останавливает.

Когда дело доходит до торта, немного трезвею уже и без кофе. С усмешкой вытаскиваю из растрепавшейся прически жены бумагу, пока официант вывозит наш с ней совместный шедевр на железной тележке. Все гости так набесились, что теперь сидят взлохмаченные и красные, жадно отпиваясь прохладительными напитками.

— Вот это креатив, – улыбается Татьяна, жена Николая Егоровича, глядя на фигурки невесты и кота.

— Это Любаша старалась, – отзываюсь со смешком, позируя с ножом на камеру.

— Господи, она и сюда кота пихнула! – возмущается теща.

Коллеги снова посмеиваются.

Вот умора будет, когда она узнает, почему этот кот – вовсе не кот, а я. Все равно же узнает когда-нибудь. Блохастый, ага.

— Твой вкуснее, – пробую торт, когда официанты помогают нам нарезать его, разложить по тарелкам и подать гостям вместе с чаем.

— Еще бы, там крема килограмма три было, – усмехается Любимка.

— Скромная до невозможности, – вздыхаю с улыбкой. – Ну, что, Люб, нормально мы с тобой справились, я считаю. Как думаешь?

— Вполне, – соглашается она. – Гости, вроде, довольны. Родственники ни о чем не догадались. Тамада просто прелесть, всех уморила своими конкурсами.

— Надо будет ее к Катюле на день рождения пригласить, – смотрю, как Микрофлора тактично отбивается от внимания ребят из отдела. – Осталось у нас с тобой последнее задание на сегодня.

— Какое? – хмыкает Любимка, облизывая губы и делая из кружки глоток чая. – Свести дебет с кредитом?

— Да нет, – вздыхаю, пристально глядя на нее. – Первая брачная ночь.