Книга Не Барби для босса, страница 23 – Аня Истомина

Я уже успела переодеться в халат, а мои вещи висят рядом и сушатся. Мы быстро накрываем на стол, и начальник подмигивает:

— Ну что, Смирнова, будешь коньячку для согрева?

— Да ну вас, я еще от вчерашнего не отошла, — качаю головой, но он ухмыляется ещё шире.

— Слабо? — подмигивает мне. — Или боишься?

Ну вот, началось. Брать на слабо — это, конечно, по-нашему. Я закатываю глаза, но не выдерживаю.

— Ладно, давайте, но только не много, — сдаюсь и беру маленькую стопку, а он наполняет её янтарной жидкостью.

Выпиваем по паре рюмок. Коньяк согревает, и на душе становится еще теплее. Мы едим мясо, и я не могу удержаться, мычу от удовольствия.

— Роман, вы просто гений кулинарии! Это самое вкусное мясо, что я когда-либо ела.

— Да ладно тебе, — смеётся он, но видно, что ему приятно. — Этот рецепт мне рассказал один охотник, когда я путешествовал по Алтаю.

— Вау! — восторгаюсь. — Расскажите про Алтай.

Роман Петрович очень увлекательно рассказывает о своих путешествиях. Мы незаметно выпиваем еще по несколько рюмочек и меня расслабляет, а он вдруг хлопет в ладоши и нетерпеливо потирает руки.

— Ну что, Смирнова, пойдём в баню?

Я смущённо мотаю головой.

— Я не буду париться в чем мать родила.

Он бросает на меня спокойный взгляд и ухмыляется:

— Полотенце сойдёт? Трусы можешь оставить, но лифчик лучше снять — там застежки металлические, в парной не очень безопасно, ожог заработаешь. — Откажешься от моей крутой бани, потом всю жизнь будешь жалеть, что из-за какого-то купальника себя такого удовольствия лишила. Я парю еще лучше, чем шашлык готовлю.

Смотрю на его хитрый взгляд и машу рукой.

— Ай, ладно! — не знаю, что во мне говорит, смелость или коньяк, но мне на самом деле очень хочется сходить с ним в баню.

Я и не думала, что у моего начальника такая насыщенная жизнь вне работы. Он много путешествует, занимается спортом, а еще очень увлекательный собеседник. Я бы, наверное, бесконечно слушала его истории.

Беру полотенце, оборачиваюсь отвернувшись. Роман Петрович делает то же самое, только вокруг бёдер. Мы направляемся в парную, и там, в тепле, чувствую, как растекаюсь по деревянному настилу от кайфа и релакса. Даже разговаривать лень, поэтому какое-то время просто молчим. Дышу горячим ароматным воздухом и понимаю, что это лучший новый год за всю мою жизнь.

— Давай, я тебя попарю, — говорит Роман Петрович, поднимаясь.

Я, честно говоря, не была к такому готова, поэтому немного напрягаюсь.

— Полотенце снимать нужно?

— Ну, вообще-то да. Не стесняйся, я отвернусь.

Он отворачивается, и я, закусив губу, аккуратно ложусь грудью на лежак, стараясь прикрыть бедра полотенцем. Раздаётся плеск воды и шорох листьев. Понимаю, что это Роман Петрович взял веник в руки. Вдруг полотенце съезжает с моих ног.

— Эй! — восклицаю я, понимая, что это начальник стащил его.

— Расслабься, Смирнова, всё нормально, — слышу его смех. — Ты же в трусах.

— Да там не трусы, а название одно, — стону смущенно, но когда моей кожи касается горячий воздух, разгоняемый взмахами листьев, тут же замолкаю и забываю о такой мелочи.

Чувствую, как веники то и дело касаются моей кожи. Тепло распространяется по спине, ягодицам, ногам. Потом удары становятся пожестче и я кряхчу от истинного кайфа. Кажется, вот-вот засну как младенец.