Книга Как приручить альфача, страница 3 – Аня Истомина

— Пошли уже, джентльмен, – вздыхаю. – До дома пару шагов осталось.

Вот и что с ним делать? Хирургию я, конечно, знаю. Пулю вытащить, в теории, могу. Ну, из трупа так уж точно. Но этот-то живой. А с живыми я работать не обучена.

— Я больше не могу, – выдыхает обессиленно спаситель, кивая на лавочку возле подъезда. – Давай посидим.

— Э, нет, ты тут все кровью зальешь, – понижаю голос и заставляю его идти дальше, хотя сама уже практически выдохлась. – Еще немножко потерпи.

— Надеюсь, ты не на верхнем этаже живешь? – стонет, делая первые шаги по лестнице.

— На втором. Чуть-чуть осталось.

Когда добираемся до квартиры, мой защитник держится из последних сил. Втягиваю его в квартиру и почти волоком уже тащу до комнаты.

— Послушай меня, – хрипит он мне в шею, – если я сдохну, у тебя будут проблемы.

— Предлагаешь обратно тебя на самовыгул отправить? – рычу.

— Гав, – усмехается. – Нет, слишком палевно. Если что, то выноси мой труп по частям.

— Как славно ты придумал, – выдыхаю, сгружая его на диван и едва не падая сверху. – А, давай, ты не сдохнешь? – отстраняюсь и хмурюсь, потому что защитник уже без сознания.

Забежав на кухню, скидываю куртку с кофтой прямо на пол и хватаю аптечку из полки. Аптечка у меня добротная, в ней есть много чего. Правда, я не знаю, что там по срокам годности – сто лет не проверяла.

Вернувшись в комнату, обрабатываю руки антисептиком и протираю спиртовой салфеткой.

Первым делом нужно остановить кровотечение, как можно быстрее. Задираю пропитанную кровью толстовку спасителя и на секунду зависаю на его теле.

Это просто машина с идеальным рельефом. Сглатываю, скользнув глазами по мощным венам внизу живота, убегающим под пояс штанов, к паху, и блядской дорожке между ними. Хорош!

Отвожу взгляд и начинаю обрабатывать рану и кожу вокруг нее. Кровь снова наполняет полость.

Промокнув рану, делаю тампонаду и заклеиваю пластырем. Теперь нужно восполнить объем крови, потерял много.

Достаю физраствор, потому что ничего другого для этих целей у меня нет. Спасибо, что хотя бы у этого срок годности не вышел. Система для капельницы тоже есть.

Установив трясущимися руками катетер на сгибе локтя, подсоединяю систему и, придерживая ее одной рукой, вспоминаю, что ноги пострадавшему нужно положить на возвышение. Кое-как подпихиваю под колени мордоворота одеяло. Тяжелый, гад! Весит явно за сотню!

Стою возле него, то и дело меняя затекающие руки с капельницей, и разглядываю бледное расслабленное лицо. Выжил бы хоть. Потому что, если нет, я сожру себя за то, что не вызвала скорую.

Кто он? Что забыл в нашем гетто? Наверное, это преступник, раз так категорично запретил вызывать полицию и даже отказался от медицинской помощи. А что, если он сбежал из тюрьмы? Или вообще находится в международном розыске? И я покрываю его сейчас, являясь невольно соучастницей. Но, как иначе, если я перед ним в необъятном долгу?

Когда физраствор заканчивается, я беру еще одну пластиковую бутыль. Этого мало для такой туши, но больше у меня нет. Придется идти в аптеку, благо, тут недалеко, буквально за углом.

После второй капельницы измеряю мужчине давление и, убедившись, что оно, пусть и на нижней границе, но есть, убегаю из дома.

Вернувшись, тяжело сглатываю – в квартире стоит привычная тишина, но сейчас она звучит по-другому. Невольно затаив дыхание, заглядываю в комнату и застаю своего первого живого пациента живым.