Книга Как приручить холостяка, страница 79 – Аня Истомина

— Отлично. Только просыпались часто. Я не думал, что грудные дети столько едят. – усмехается, останавливаясь перед лифтом. – Вы вчера так уехали неожиданно, что мы с Таней испугались, что обидели тебя чем-то.

— Да нет, что вы! – ахаю, нажимая кнопку. – Все отлично. Мне просто домой нужно было, я не хотела вас отвлекать от застолья.

Заходим в лифт. Чувствую себя немного неловко.

— Лена, а можно вопрос? – Николай ставит пакеты и пристально смотрит на меня. Киваю несмело. – Я не привык ходить вокруг да около, поэтому заранее прости за прямолинейность. У вас с Кириллом что-то серьезное?

— А… – зависаю немного. – С какой целью вы интересуетесь?

— А с той целью, что он – мой друг. И мне очень хочется, чтобы у него все хорошо было.

— Мне кажется, у него все хорошо. По крайней мере, его все устраивает. – вздыхаю.

— Меня когда-то тоже все устраивало, – пожимает плечами Николай. – Только стресс копился и алкоголем заглушался все чаще. Вот это страшно. А потом появилась Таня и все изменилось. Так вот, Падре идет по тому же пути, что и я. Поэтому, если вдруг тебе нужно до него что-то донести, ты обращайся, не стесняйся. Я поговорю с ним по-мужски.

— Хорошо, спасибо, – киваю. – Кстати, а почему у Кирилла прозвище Падре?

— О, это очень увлекательная история, – усмехается Николай. – Сейчас расскажу.

Двери лифта открываются, выхожу и застываю, как вкопанная, потому что замечаю Пашу.

— Ну, что, получила мой приветик? Вылетела со свистом. И австралопитек не помог, да? – усмехается он, отлепляясь от двери и делая шаг навстречу, а уже после замечает выходящего из лифта и легонько меня подталкивающего в спину Николая. – Это что, новый уже? Ты мужиков теперь как перчатки меняешь? – добавляет заносчиво, хотя уже и не так уверенно.

— Это что за чудо-юдо? – хмурит брови мой спутник.

На секунду мне хочется провалиться под землю. А потом приходит на ум идея напугать Пашу. Николай ведь полицейский. Мне стыдно ему признаваться, что это “чудо-юдо” – мой бывший. Как я вообще могла связаться с таким уродом? И в то же время, еще больше меня пугает, что Николай подумает, что я обманываю Кирилла.

— Николай, вы же в полиции работаете? – оборачиваюсь к нему. Кивает. – Мне нужно донести кое-какую информацию до бывшего жениха, но по-хорошему он не понимает. Преследует меня. Вот, думаю, может, вы поможете мне заявление написать, если потребуется.

— Ой, нет, – качает Николай головой и ставит пакеты с продуктами на пол. – Заявление не поможет. Тут только по-мужски.

46. Борщ, пироги и пельмени

— Что вы себе позволяете?! – взвизгивает Паша, когда Николай зачем-то достает из кармана носовой платок и делает к нему шаг. – Я буду жаловаться в прокуратуру!

— Да хоть в приемную президента, – хмыкает Николай.

— Помогите! – шарахается мой непутевый бывший в сторону лестницы, спотыкается, и кубарем катится вниз. Мы с Николаем, не ожидав такого поворота, провожаем его взглядами.

— Боже! – ахаю в ладони, когда он стонет, распластавшись между этажами.

— За что боролся, как говорится, – вздыхает Николай. – Ты живой, придурок?

Паша ничего не отвечает, стонет только громче.

— Интересный расклад, – усмехается мой спутник и достает телефон, набирает номер. – Кирюх, пришли скорую по адресу зазнобы твоей… Да не ори ты, нормально с ней все. С ее бывшим – не очень, упал с лестницы. Кажется, в твое отделение поедет… Ну, потому что в твое. Нам же не надо, чтобы в другом он дал какие-нибудь лживые показания?.. Да сам упал, клянусь… Ждем.