Книга Как приручить соседа, страница 75 – Аня Истомина

— Это не значит, что вы должны мне что-то! – пытаюсь объяснить свои слова.

— Настя, – качает головой Степан, – я тебя сейчас ещё раз выебу. И ебать буду до тех пор, пока из твоей башки все дурные мысли не выбью.

— Прекратите меня пугать! – возмущаюсь, но мой рот тут же затыкает горячий язык, и я снова падаю на стол.

Боже, кто бы знал, как стыдно мне будет выходить из кабинета Степана! Наверное, я выгляжу так, словно под поезд попала. В принципе, чувствую себя аналогично. Из моего тела будто вынули кости, поэтому я едва стою на ногах. Мои дрожащие колени намекают на то, что я сделаю от силы два шага и рухну.

Степан будто чувствует моё состояние, подхватывает меня на руки и сажает на диван. Сам же идёт к кофемашине и делает две чашки кофе.

Смотрю на него, и кажется, будто нахожусь в какой-то другой реальности.

— Сейчас попьём кофе, и ты поедешь домой, – оборачивается он ко мне и присаживается на корточки у моих ног, накрывает мои колени ладонями и плавно поглаживает их. – Отдохнёшь, поспишь, успокоишься. Не вздумай больше ничего отсылать этому уроду. Я со всем разберусь. Поняла меня?

Киваю ему, шмыгнув носом. Мне очень стыдно втягивать во всю эту грязь Степана. Но я всё больше убеждаюсь, что не могу справиться в одиночку.

— Я разговаривала с адвокатом. – смотрю в его серьезное лицо и внутренности снова сжимаются от подкатывающих слез, будто я вмиг растеряла всю свою выдержку рядом с этим большим и сильным мужчиной. – Он специализируется по гражданским делам. По отзывам это один из лучших специалистов. Он обещал перезвонить через несколько дней.

Степан кивает, давая понять, что согласен с моим решением, и встаёт, потому что кофемашина издаёт сигнал. А я понимаю, что я действительно очень устала. Очень-очень устала.

Степан подает мне чашку с ароматным капучино и садится рядом. Он кладет свою огромную ручищу мне на плечо и притягивает к себе. Устраиваюсь поудобнее, прижатая к его горячей груди, и, обняв ладонями чашку, делаю пару глотков. Степан тоже отпивает кофе, медленно поглаживая меня по плечу.

Сидим в тишине, каждый думая о чем-то своем. Я думаю о том, что зря я дала волю эмоциям и вывалила на бывшего мужа свои планы. В порыве отчаяния сболтнула лишнего и теперь он понимает, что у меня тоже есть козыри в рукаве, а лучше бы думал, что я абсолютно беззащитна и раздавлена. Но я просто не смогла остановиться.

Когда ты долгое время живешь под гнетом морального террора, контролируя каждое слово, анализируя каждое свое действие, то не удивительно, что это может закончиться вот такой вот истерикой. Потому что я не мямля и не амеба по жизни. Просто так сложились обстоятельства, что мне пришлось присмыкаться перед этим чудовищем. Слишком большая цена была за неповиновение.

Но как же тяжело мне давалась эта покорность, кто бы только знал! И, когда кто-то в разговоре осуждает женщин, которые терпят домашнее насилие, я не спорю. Я лишь мысленно обнимаю этих несчастных женщин. Потому что я раньше тоже не понимала.

— Ну, ты чего дрожишь? – Степан прижимает меня крепче и отставляет свою чашку на стол. – Все будет хорошо. Объявление с сайта уже удалили.

— Ну вот, – шмыгаю носом, поднимая на него глаза и грустно улыбнувшись, – оставили меня без подработки.