Книга Мой дикий сосед, страница 51 – Аня Истомина

Макс долго смотрит на свою тарелку, потом вздыхает.

— И тут капуста, да?

— Ага. Не ной. Я же не знала, что ты её не любишь! Доешь этот, сделаю тебе с чем захочешь. Что твоя мама вкусно готовила?

— Ничего.

Петров отвечает так категорично, что я сразу понимаю, что отношения с мамой не очень и спрашивать про это больше не стоит.

— Эм… Ну, а что ты любишь?

— Я?.. Фиг знает… Чебурек бы съел.

— О! Отлично! С меня - чебуреки. Можно, я погуляю с Машей? - тяну к ней руки, так как малышка подаётся мне навстречу.

— Нет, я тебя одну с ней не отпущу. Подожди, пойдем вместе.

— Не доверяешь мне? - дую губы.

— Блин, Дань! Ты вляпываешься в какие-то неприятности вечно. Я бы тебе и собаку не доверил, а тут - чужой ребенок.

— Иди в жопу, - обиженно буркаю ему, прижимая к себе Машу крепче, и ухожу с кухни.

— Дань, ну не обижайся, - слышу в след.

Ага, спасибо. Не буду. Совершенно не обидно.

Прохожу мимо двери и вздрагиваю от звонка.

Открываю тут же.

— Здравствуйте, курьерская доставка. - бодро сообщает молодой парень. - Даниэла Смолич?

На мой утвердительный кивок он вручает мне огромную корзину с бордовыми розами.

Я тут же ставлю ее в ноги, так как не могу удержать одной рукой, настолько она тяжеленная. Кажется, там бессчетное количество цветов.

Закрываю дверь, достаю из центра корзины открытку.

“Извини меня, пожалуйста. Константин”

Макс выходит из кухни, останавливается, разглядывая розы. Затем резко выхватывает у меня открытку.

— Макс, это неприлично! - пытаюсь выхватить обратно, но он выше поднимает руку, а Маша сковывает мои движения. - Петров!

— Ммм, Костя… - Макс отдает открытку и берет корзину. - Тяжелая. Куда нести?

— В комнату, - выдыхаю с облегчением. Макс спокойно отреагировал. Удивительно даже.

— Ага, давай в зал, - усмехается Петров и заносит корзину в зал, ставит ближе к окну.

— А чего так далеко? - начинаю удивленно и зависаю с открытым ртом, потому что Макс одергивает тюль, распахивает окно и, выглянув на секунду, вышвыривает в него мои розы. Слышится громкий “шмяк”.

— Теперь - далеко, - усмехается Петров, закрывая окно.

— Блин, Макс, - смотрю ему в спину и чувствую, как глаза начинает печь от обиды, - ну цветы-то при чем? Такой красивый букет… был.

Ухожу с Машей в комнату, кладу ее на кровать и ложусь рядом.

— Мне цветы уже полгода никто не дарил, - жалуюсь шепотом малышке, поглаживая ее ручки. - А твой крестный отец - дикарь неотесанный. Сам не дарит и другим не дает.

Маша смеется, а я шмыгаю носом. Мне настолько обидно, что я готова разрыдаться.

Потому что мне нравится, когда за мной ухаживают! И Костя, и женихи до него всегда относились ко мне, как к красивой девушке. Цветы, кино и маленькие милые подарочки были чем-то самим собой разумеющимся.

А Петров… пару раз на плече пронес и считает, что поухаживал… Ну, и пожить пустил… И спас из тюрьмы, конечно же… Вроде как и рыцарь… только дикий.

— Я готов, - доносится из коридора и я, вздохнув, встаю с кровати.

Выхожу с Машей на улицу первая, пока Макс вывозит коляску и закрывает дверь, грустно смотрю на рассыпанный под окнами букет. Корзина сломалась так, что не соберешь. Да и не стала бы я его собирать! Вот еще!

— Где там твой непутевый “отец”? - вздыхаю и хмуро смотрю на Машу, а потом оборачиваюсь к подъезду. Макс стоит в паре шагов от меня и молча наблюдает за нами.