Книга Мой дикий сосед, страница 49 – Аня Истомина

Осторожно кладу на диван, сажусь рядом на пол и молча разглядываю девочку.

Сколько ей? Месяцев шесть от силы? Смешная. Маленькая такая. Щекастая.

Я малышей так близко, считай, и не видела. В нашей семье я самая младшая, родню вижу очень редко, у подруг детей пока ещё нет.

Сама не замечаю, как проваливаюсь в дрёму, положив голову на диван.

Когда просыпаюсь, ребенка рядом нет. И, хотя я понимаю, что уйти малышка самостоятельно никуда не могла, а, значит, это Петров забрал ее, все равно испытываю беспокойство.

Походив по квартире, нахожу Макса все так же спящим в моей кровати, но уже с девочкой.

Они лежат лицом друг к другу. Макс подоткнул ей подушку под спину и обнимает так аккуратно, будто не тяжеленная рука нависает над ребенком, а облако.

Это смотрится очень нежно и трогательно. И как-то так по-домашнему уютно, что мне даже становится немного завидно. Но не пойду же я ложиться с ними рядом! Это ведь не моя семья.

Где же их мама?..

Маму где-то носит, а варить борщ мне. Усмехаюсь своим мыслям. Приемная жена, честное слово!

Но, признаться, после увиденного хочется Петрову эти борщи готовить ежедневно.

Гоню от себя глупые мысли, потому что он настолько не подходит под образ моего идеального мужчины, что даже страшно.

А что, если я влюблюсь и буду с радостью собирать урожай носков и мыть посуду?

Так себе перспективка, когда планировала подзаработать и путешествовать по миру, пока не надоест.

Ухожу на кухню, тихонько прикрывая дверь и неспеша, чтобы не шуметь, готовлю еду.

То и дело заглядываю в комнату, чтобы проверить, не придавил ли Макс ребенка.

Кулебяку с мясом съели гости. Но у меня останется капуста от борща и можно сделать пирог с ней.

Подумав, достаю остатки фарша и рис для ёжиков.

Люблю готовить. С мамой и бабушкой много готовила в детстве. У нас было принято вечерами дожидаться папу с работы, приглашать соседей и ужинать вместе.

Это незабываемое время. Самое беззаботное и счастливое.

— Подержи, - слышу внезапно со спины и подпрыгиваю, испуганно вскрикнув.

Петров тянет мне в руки свою дочь и уходит с кухни. Девочка недовольно куксится и кряхтит, а когда я прижимаю ее к себе, начинает с остервенением дергать маленькими ручонками меня за футболку на груди и тыкаться носом.

— Ты чего, котик? - приподнимаю ее выше, но она с надрывом вскрикивает и упрямо съезжает вниз. - Тебе не нравится у меня на ручках? Что ты хочешь?

Стараюсь говорить успокаивающе, но малышка возмущается все сильнее.

— Маша добывает себе молоко, - хмуро усмехается Макс, возвращаясь с бутылочкой и протягивая ее мне. - Она же не знает, что ты - жадина-говядина.

Почему-то становится обидно и стыдно.

Перехватываю девочку поудобнее и даю ей бутылку.

— Давай, - тянет руки Петров. - А то тяжело.

— Нет, - прижимаю к себе Машу. - Садись лучше борща поешь.

— Я не ем борщ, - вздыхает Петров, щёлкая чайником.

— Почему? - удивлённо поднимаю на него глаза.

— Он красный, - усмехается Макс, но добавляет. - Не люблю капусту.

— Так! - киваю на шкаф с посудой. - Тарелки достал, сметану достал, борщ налил. Не ест он... Это ты просто мой борщ не пробовал!

— В меня не лезет ничего, - сопротивляется Петров.

— Чачу не надо было в одно лицо выхлебывать… Бульоном как раз похмелишься. Лучше, чем кофе.