Книга Мой дикий, страница 31 – Аня Истомина

Когда Злата накаталась вдоволь, Рэм предлагает зайти в кафе и, не дожидаясь моего ответа, везет коляску в нужную сторону. Без лишних слов выбирает столик, за которым Злате будет удобно. Помогает ей удобно усесться, убрав все лишние стулья, а потом подвигает стул мне и просто садится рядом.

— Хочу пиццу с ветчиной! – заявляет Злата, и Рэм, даже не спросив меня, стоит ли ей это заказывать, коротко кивает официантке.

— Мама, а можно мне еще колу? – спрашивает Злата, широко улыбаясь и, кажется, наконец вспомнив, что у нее есть мать.

— Колу?.. – я на автомате смотрю на Рэма, будто жду его решения.

— Пусть пьет, – коротко отрезает он. – Один день – не страшно.

Я лишь прикусываю язык. Еще утром я бы возразила, но сейчас просто киваю. Что-то с этим мужчиной не так. Я теряю с ним контроль. Над ситуацией, над собой. И это пугает.

Через несколько минут на столе стоит огромная пицца, кола и два стакана с кофе.

Принимаемся есть. Злата смеется и болтает без умолку. А я смотрю на Рэма. Он не перебивает ее, не делает вид, что занят чем-то другим. Он просто слушает. И это выглядит так... естественно.

После кафе Злата, наевшись и устав от всего веселья, начинает клевать носом прямо в своей коляске. Я уже привыкла к этому: она почти всегда вырубается на обратном пути после насыщенного дня. Но вот Рэм... Он вдруг замедляет шаг и останавливается, наклоняясь к ней.

— Спишь? – тихо спрашивает он, поглаживая ее по щеке.

— Угу… – она уже почти не слышит, глаза закрываются.

— Давай я ее понесу, – говорит Рэм, и я снова открываю рот, чтобы что-то сказать, но он уже опережает меня и поднимает Злату на руки.

— Нет, я сама… – прихожу в чувства и протягиваю руки.

— Алиса, – он останавливается и смотрит на меня прямо. – Расслабься.

Рэм разворачивается и аккуратно несет Злату к машине. Она мгновенно засыпает у него на руках. Я молча следую за ними, снова не в силах вымолвить ни слова.

Пока едем, я наблюдаю за Рэмом с заднего сидения, обнимая спящую дочь. Лицо мужчины то становится хмурым и задумчивым, то вдруг расслабляется и я тут же ловлю на себе его взгляд.

Когда приезжаем домой, Рэм осторожно выносит Злату из машины. Я хочу предложить помощь, но уже знаю, что это будет бесполезно.

Рэм уверенно поднимается по лестнице с Златой на руках. Я иду следом, глядя на его спину и думая, что, может быть, впервые за долгое время кто-то снял с меня этот груз. И речь не столько о физической усталости.

В квартире Рэм аккуратно укладывает Злату в кровать, снимает с нее кроссовки, поправляет одеяло. Я стою в дверях, наблюдая за каждым его движением. Это так… трогательно.

Он подходит ко мне и я поднимаю на него глаза даже не в силах подобрать слова благодарности.

— Сейчас коляску принесу, – говорит он тихо, аккуратно отодвигая меня в сторону и выходит за дверь. Через пару минут возвращается, завозит коляску и прямо с порога протягивает мне в руки черный прямоугольник. Это похоже на коробку, обтянутую черной пленкой.

— Что это? – уточняю, сжимая в руках. Да, под пальцами плотный картон.

— Посмотришь, если я не появлюсь через месяц, рыжуль. Договорились?

— Вы… уезжаете куда-то? – хмурюсь, откладывая коробку в сторону.

— Будем считать, что в командировку. – Рэм тянет мне руку. – Обнимешь меня на прощание?