Книга Мой дикий сводный, страница 39 – Аня Истомина

Надо спросить у него, что он будет есть.

Встаю с дивана и потягиваюсь, пытаясь прийти в себя. Натягиваю обувь и куртку, открываю входную дверь. Вижу, что Мирон сидит на ступеньке перед мангалом, в котором прогорают дрова, и смотрит наши несуразные фотографии на своём телефоне.

— Мирон, – недовольно рычу сквозь зубы из-за его спины, – удали их.

Сводный будто не ожидал, что я появлюсь, и подозрительно быстро прячет телефон в карман куртки.

На секунду мне кажется, что он смущается того, что я увидела. По крайней мере, в бане с голой задницей он вёл себя гораздо спокойнее и невозмутимее.

— Я сам решу, что делать со своими фотографиями. – усмехается он и я вновь вижу того самого сводного.

Даже облегченно вздыхаю. Показалось.

— Ты назло мне их никогда не удалишь, да? – злюсь на Мирона, а его губы растягиваются в хитрой улыбке.

Ну вот зачем ему сдались эти фотографии?

— Если очень хочешь – удалю. Одна фотография – одно желание.

— Например, какое? – скрещиваю руки на груди.

— Ну, например, первое желание: будешь называть меня “мой господин”.

— Знаешь, я не настолько страшная, – цокаю языком.

Мирон усмехается и внезапно достаёт откуда-то сбоку пару потрепанных валенок и протягивает мне.

— Смотри, что нашёл, – улыбается, – теперь ты хотя бы не замерзнешь.

— Спасибо, – удивленно разглядываю их.

Никогда не думала, что буду радоваться… старым валенкам. В ботинки то и дело забивается снег и промокают ноги.

Сразу вспоминаю истории, где выжившие обустраивают свой быт. Всего несколько часов езды отсюда – и Мирон получил бы этими валенками по своей красивой мордашке от одаряемого. А мне… правда приятно.

— Где ты их нашёл? – кошусь на него сердито. – Ты же обещал не уходить далеко.

— Я и не уходил далеко, – усмехается он. – Я сказал, что буду на территории. За территорию деревни я точно не выходил.

Закатываю глаза и хочу уйти в дом, но Мирон ловит меня за руку.

— Пойдём, я тебе ещё кое-что покажу, – азартно улыбается он.

Судя по блеску в глазах – это должно быть что-то фееричное.

Отставляю валенки в сторону и иду за ним. Мы проходим мимо дома и останавливаемся в уже известном мне месте. Мирон открывает дверцу туалета.

— Смотри.

— Эмм… ну, вау!

Он привел меня к туалету.

Но, не просто к туалету. Он его… починил. Видимо, после нашего разговора в бане.

Убрал осиное гнездо. Настелил новых досок на пол, даже стены обил каким-то старым линолеумом, чтобы не дуло. Раздобыл рулон бумаги. Итог: туалет выглядит все так же убого, но теперь им можно пользоваться. Теоретически.

— Свет только не провел. Боюсь, что проводка тут настолько древняя, что трону ее – и останемся без электричества. Как тебе?

— Эээ… Супер! Я впечатлена. – перевожу на него взгляд и усмехаюсь. – Туалеты в мою честь ещё не чинили.

Мирон закатывает глаза и закрывает дверцу.

— Да ну тебя в жопу. Сиди в сугробах до нового года.

— Да я серьезно, – ловлю его за руку, когда он собирается уйти. – Серьезно, мне очень приятно. Я просто… удивлена, что ты ради меня его починил. Мне правда… нравится.

Мирон смотрит на меня с сомнением.

— Практично и романтично, – добавляю со смехом.

Сводный закатывает глаза и уходит. Иду за ним, хихикая.

— Прикинь, у меня спросят, что мне подарили на новый год… И я скажу: туалет и валенки.