Книга Мой дикий сводный, страница 31 – Аня Истомина

От этих мыслей злость на себя только растет. Вот кто мне этот Мирон? Никто! А я из-за него уже второй день хожу, будто издерганная.

Я привыкла все делать хорошо. Я работала, училась, помогала матери по дому и вообще была порядочной девушкой с идеальной репутацией. Я заботливая и ответственная.

И еще никто, кроме сводного гада, не говорил мне, что я… страшненькая! То, что я не стремлюсь заводить отношения – мой осознанный выбор. Сначала не до них было, все время отнимала учеба. А потом попробовала. И ничего, кроме разочарования, они мне не принесли.

Переодеваюсь, иду к маленькому зеркалу в коридоре и вздыхаю. Выгляжу так себе, конечно. И мне не хочется, чтобы Мирон меня видел такой. И это снова злит.

Захожу на кухню, чтобы взять ведро со снегом, бросаю взгляд на остывшую еду и вижу на столе… серую мышь. Она сидит прямо на краю тарелки с супом и лакает бульон.

Мышь – не крыса, но мышей я тоже боюсь до ужаса.

Взвизгнув, отскакиваю назад и бегу за веником, который остался возле дивана. Слышу, как в дом заходит Мирон.

Возвращаюсь из зала в тот момент, когда он садится за стол. Мыши, конечно же, уже и след простыл.

Сводный бросает на меня хмурый взгляд и пододвигает к себе тарелку с супом.

Боже… Он же сейчас его сожрет!

— Нельзя! — выхватываю тарелку прямо из-под носа Мирона и быстро выплескиваю суп в умывальник.

Оборачиваюсь. Он смотрит на меня обескураженно, крепко сжимая в руке ложку, потом подскакивает, хватает тарелку с мясом, вышвыривает ее в мусорное ведро и опять уходит.

Да твою ж мать! Ну что за псих?

— Мирон! — зову его, но уже хлопает входная дверь. — Аааа, я чокнусь тут!

Накидываю куртку и иду следом. Бесит до невозможности, но снова испытывать чувство вины за то, что Мирон все не так понял и подумал фиг знает что, я не готова.

— Мирон! — кричу, обходя дом.

Сводный с остервенением рубит дрова, скинув куртку на груду поленьев.

— Шла бы ты отсюда, а? — выдыхает он зло, не оборачиваясь. — Была бы весна, я бы тебя прикопал уже где-нибудь в лесу, честно.

— В твоем супе сидела мышь! — рявкаю, всплеснув руками. — Ты хоть понимаешь, что они всякие болезни переносят? Смертельные, в том числе!

— А сразу нельзя было сказать? — Мирон хмурится и ставит новое полено на пень.

— Да я растерялась, — усмехаюсь. — Не ожидала, что ты вернешься. Носишься туда-сюда как псих!

— Да рядом с тобой, — сводный с яростью всаживает топор в пень и отряхивает ладони, поглядывая на меня исподлобья, — любой нормальный психом станет.

— Ну хватит, а? — вздыхаю. — Я боюсь, мы тут с тобой такими темпами не только новый год отметим, но и Рождество, и Пасху. Я сейчас погрею тебе нормальный суп. Оставь дрова в покое уже.

Мирон усмехается и кивает мне на небольшой домик неподалеку. Смотрю на него и вижу, что из трубы идет дым.

— Это что? Баня? — перевожу взгляд обратно на сводного.

— Ага. Специально для тебя, между прочим. — усмехается он.

— Если от меня пахнет, то это потому, что я вчера лазила по сугробам и вспотела. Из-за тебя,.. между прочим. И ты тоже с душком, на минуточку. — отвожу взгляд и краснею от стыда.

Мирон закатывает глаза и притягивает меня за воротник куртки, запахивая ее сильнее.

— Это чтобы ты не заболела, дура.

Полощу вещи в тазу на маленькой табуретке на кухне. Мирон сидит за столом и ест мясо с картошкой. Молчим, то и дело поглядывая друг на друга. С удовольствием замечаю, что он не морщится и не выкобенивается, а спокойно доедает все, что я ему положила.