Книга Я устала быть сильной, страница 82 – Аня Истомина

Рафаэль кивает и делает пару глотков. Едим молча. Не доев, он внезапно встает и, обогнув стол, подходит ко мне со спины. Чувствую, как его ладони ложатся на мои плечи.

— Я забыл телефон на тумбочке и не мог позвонить, — шепчет Рафаэль, склонившись к моему уху. — Извини.

— Я не обиделась, — усмехаюсь, пытаясь увернуться от легкого поцелуя в шею.

— Ты расстроилась, — мягко перебивает меня он. — Я же вижу. Ну, не мог же я у Дениса попросить набрать тебя?

— Ты часто гуляешь голым? — возмущаюсь, обернувшись к нему.

— До этого дня не приходилось, — ухмыльнувшись, обхватывает меня ладонью за шею и мягко массирует в основании затылка. — Но, друг с контузией организовал мне новые ощущения.

— А что случилось? — хмурюсь.

— Жанна попала на сохранение. Дэн рванул к ней, я не мог дать ему сесть за руль. Пришлось ехать с ним, чтобы ничего не случилось.

— Жанна… беременна? — уточняю, чувствуя, как по плечам и груди разбегаются мурашки.

Я, конечно же, понимаю, что это логичное продолжение отношений любящих друг друга мужчины и женщины. И на Дениса уже видов не имею, но все равно глубоко в душе воспринимаю его женщину как соперницу. Она уделала меня по всем фронтам. Тут уже речь не о конкуренции за мужское внимание, а женское соперничество на уровне подсознания.

— Тебя это задевает? — Рафаэль замирает, прекращая массировать мне затылок. Я вижу, как рельеф на его груди едва заметно вздрагивает, напрягаясь.

— Нет, — вздыхаю, не желая признаваться в том, что меня задело. — Просто я ее адвокат и меня удивляет, что я была не в курсе таких подробностей.

— Это выяснилось на днях, — отмахивается Чудовище.

Удивленно смотрю на то, как моментально расслабляется его тело.

— Ты… — щурюсь. — Ты ревнуешь меня к Денису?

— Нет, — резко обрубает меня он и, отстранившись, возвращается на свой стул.

Закусываю губу, но улыбка все равно прорывается наружу. Прячу ее за бокалом, делая несколько глотков. Сверлю взглядом будто окаменевшее лицо Рафаэля.

— Что? — не выдерживает он, откладывая вилку.

— Ты ревнуешь меня, — усмехаюсь.

— Если тебе так приятно думать, то пусть будет так, — ухмыляется Рафаэль, продолжая есть. — Ты очень вкусно готовишь.

— Спасибо, — улыбаюсь. — Я рада, что тебе нравится.

Я не буду его пытать своими вопросами. Мне достаточно было осознать, что Чудовище ревнует, как бы ни отрицал. Это греет мою душу, несмотря на то, что между нами нет ничего серьезного. Просто, чисто по-женски, приятно.

— Как Жанна сейчас себя чувствует? — уточняю, доедая свой кусок.

— У нее жуткий токсикоз, лежит под капельницами. Шла речь о показаниях для прерывания, но эта сумасшедшая наотрез отказалась, умоляя спасти ребенка. Пришлось искать клинику, в которой врачи готовы отступить от протокола ради хорошего финансирования.

— Нашли? — хмурюсь.

В данной ситуации мне искренне хочется верить, что да, и у Жанны все наладится. Несмотря ни на что, существует женская солидарность даже по отношению к соперницам. А ребенок — это самое уязвимое место женщины, и злорадствовать, что ему угрожает опасность, это низко.

— Нашел, — поправляет меня Рафаэль. — Дэн бы свихнулся, если бы узнал, что я ничего не сделал. Он очень любит Жанну. — договаривает и ждет мою реакцию, будто мстит за то, что я раскусила его, ревнивца.