Книга Я устала быть сильной, страница 66 – Аня Истомина

Захожу в казино и бросаю взгляд на тот самый диван, на котором сидела Эмма, когда я уходил. Пусто, что совершенно не удивительно. Вздохнув, запихиваю руки в карманы и с усмешкой осматриваюсь. Улыбка сползает с лица, когда я понимаю, что в зале ее нет.

Однако, паниковать рано.

Уверен, что все присутствующие достаточно быстро поняли, что эта женщина неприкосновенна — никто не будет сажать даже самую элитную шлюху вместо себя за стол к уважаемым в узких кругах людям.

Но все же, какое-то внутреннее чутье заставляет волоски на теле встать дыбом. Куда она испарилась? Обиделась и ушла? Или пошла меня искать?

Набираю ее номер — не берет трубку.

Развернувшись, первым делом ухожу в сторону туалетов.

— Эмма, — громко зову, толкая дверь уборной и шагая внутрь под удивленными взглядами шушукающихся возле окна проституток. — Блондинка в красном платье не заходила?

Нет, тут Эммы не было. Если бы она вышла через парадный выход, я бы ее увидел, а, значит, она где-то в здании.

Захожу обратно в казино и сталкиваюсь нос к носу с дядей Вовой.

— Владимир Максимович, вы, случайно, не видели мою спутницу? — притормаживаю возле него.

— Ищи у Зорина, — вздыхает он, качая головой.

— Блядь, — выдыхаю и едва не бегу в противоположную сторону помещения.

Влетаю по ступенькам на третий этаж — здесь территория хозяина заведения и сунуться на нее можно только по приглашению, иначе не оберешься проблем. Но я не просто суюсь — я направляюсь к массивным дверям спальни Зорина, потому что слышу там громкие голоса. Дергаю за ручку. Заперто.

— Зорин! — кричу и в этот же миг из-за дверей раздается выстрел и звон разбитого стекла.

Впервые в жизни мне пригодились те самые навыки самообороны, которые мы так усердно, но больше формально отрабатывали в полицейской академии. Тогда это казалось нудной обязаловкой. Сейчас — вопросом выживания.

С силой наступив своей железной шпилькой на ботинок Зорина, я ловко выкручиваюсь из его рук, используя его же инерцию. Адреналин — лучший учитель. Мозг отключается, работают рефлексы. Еще одно движение — и я успеваю выхватить пистолет из открытой кобуры на его поясе. Оружие кажется непривычно тяжелым.

— Руки вверх! — выдыхаю, делая несколько шагов назад и целясь на вытянутой руке. Не узнаю свой голос. Сорвав с шеи драгоценный ошейник, швыряю его на пол.

— Ты что творишь, дура? — стонет Зорин, морщась и глядя на меня с удивлением. — Пушку отдай. Поранишься ещё.

— Я тебе сейчас яйца отстрелю, — обещаю ему хладнокровно, — и посмотрим, кто из нас дура.

Неожиданно дверь начинают дёргать за ручку. Я машинально отвлекаюсь буквально на секунду, и Зорин, улучшив момент, бросается в мою сторону.

Конечно же, я не планировала его убивать. Я лишь хотела напугать, выиграть время, выбраться из этой ловушки. Но инстинкт самосохранения оказался сильнее разума. Палец, лежащий на спуске, рефлекторно сжимается.

Испуганно вскрикиваю от громкого хлопка, который в замкнутом пространстве звучит оглушающе. Зорин успевает перехватить мою руку и резко отвести её в сторону. Пуля уходит в молоко, разбивая вдребезги огромное зеркало на шкафу. Дождь из осколков осыпается на паркет.

А я снова оказываюсь в крепком захвате сильных рук.

— Отпусти меня! — рычу, с силой отталкивая его от себя, но выбраться из этого живого капкана кажется нереальным. Слышу какой-то нарастающий глухой стук. Мы оба замираем, когда дверь с треском и грохотом распахивается, и в неё влетает Рафаэль.