Книга Алый пион для Офелии, страница 15 – Катерина Райдер

Офелия медленно открыла глаза, мечтательно вдыхая свежесть раннего утра, заглянувшую в спальню через распахнутое настежь окно. Было так лень вставать, но на этот завтрак, ей захотелось нарядиться. Однако лишь только сонный взор скользнул по одеялу, как Кронберг содрогнулся от истошного женского крика, вспоровшего бедняжке горло как кусок стекла.

Средь складок белой ткани, ошмётков перьев и алых сгустков крови, лежал растерзанный в клочья птенец…

Добра не жду. Неведомое что-то,

Что спрятано пока еще во тьме,

Но зародится с нынешнего бала,

Безвременно укоротит мне жизнь

Виной каких-то страшных обстоятельств.

Но тот, кто направляет мой корабль,

Уж поднял парус.

У.Шекспир «Ромео и Джульетта»

Офелия сидела на диване в гостиной, обхватив руками плечи и покачиваясь, словно маятник часов. Её взгляд был обращён глубоко внутрь себя, на щеках виднелись белёсые полосы высохших слёз, а лицо настолько побледнело, что казалось и вовсе неживым.

В комнате стояла зловещая тишина, нарушаемая лишь шаркающими по ковру шагами Гамлета, который тенью бродил из угла в угол. Последние полчаса он угрюмо молчал, изредка поглядывая на Офелию, иногда с волнением, иногда в мрачной задумчивости. Голову его одолевало множество беспокойных мыслей, однако озвучивать их вслух молодой человек не решался, опасаясь своими домыслами усугубить ситуацию.

Клайв уже довольно долго находился на втором этаже, осматривал спальню Офелии в поисках следов, способных пролить свет на произошедшее. Однако истину установить не удалось. Единственное, что мужчина обнаружил – перевёрнутую коробку, служившую птенцу гнездом, разбросанную по комнате вату и изувеченное пернатое тельце на кровати. Но всё это было заведомо известно.

Послышался скрип половиц. Офелия не шелохнулась. Гамлет остановился, бросив на неё тревожный взгляд. В гостиную вошёл Клайв с тёмной озадаченностью на лице.

— Что-то нашёл? – сиплым голосом справился Гамлет.

Его дядя растерянно покачал головой.

— Может быть это… кот?..

— Кот? – резко и неприветливо переспросил племянник. – Откуда ему здесь взяться?

— Не знаю… Вдруг одичалый какой? Забрался в комнату, нашёл чем поживиться и… – мужчина посмотрел на Офелию. – Милая, скажи, окно в твоей спальне было открыто всю ночь?

Офелия не ответила, но раскачиваться из стороны в сторону прекратила.

— Ерунда какая-то… – порывисто выдохнул Гамлет, вновь принимаясь мерить шагами ковёр, вот только теперь в каждом его движении угадывалась подавленная агрессия, вызванная непониманием и беспомощностью.

— Где мой брат? – внезапно спросила Офелия.

Её голос, лишённый эмоций и сил, потревожил искрящийся напряжением воздух столь осторожно, что Гамлет решил будто бы ослышался, а Клайв, прикинув нечто в уме, не на шутку разволновался.

— Послушай, Офелия, – тут же заговорил он вкрадчиво и мягко. – Я понимаю твои чувства, сам в раздрае. Да и на племяннике, погляди, лица нет. Не стесняйся, скажи, чем мы можем помочь? Я сделаю! Ладно? Только не уходи в себя, не закрывайся. Мы отныне семья и в счастье, и в горе, найдём выход.

— Я хочу спать… – безжизненно молвила Офелия, даже не взглянув на дядюшку.

— Хорошо. Одобряю. Сон лучшее лекарство, я провожу…

В три шага Клайв оказался у дивана, наклонился, потянув руку к Офелии, но та отпрянула. Мужчина послал племяннику растерянный взгляд. Гамлет, тяжело вздохнув, приблизился.