Книга Всё равно люблю, страница 96 – Лика П.

— Вы думаете, что Агата Львовна? – поинтересовался Паша.

— Если у тебя есть другие мысли, готов выслушать, – щёлкая кадрами, приближая к тому месту, когда я покинул комнату экономки. – Артём, а вот ты мне скажи, это получается, завтра кто угодно может пройти? Тогда толку от вас?

— Я разберусь.

Оторвал внимательный взгляд от монитора, глянув на него.

— Что-то вы все расслабились, даже знаю, отчего, много вам плачу. Это, мы поправим, – говорил, увлечённо следя за Агатой по видео.

— Мы её лично проводили, она только попросила забрать важный предмет, вроде как память, оставленная её матерью. Позволили ей вернуться.

— Не знал, что моя охрана такая сердобольная. Вот, пожалуйста! Иди сюда, Артём, можешь посмотреть, какие вы все идиоты, вас провела очкастая баба. На видео было видно, что она вернулась, очень неплохо ориентировалась, шла в обход камер по слепым зонам, только по тени от фонарей отследил её. После, обошла со стороны заднего двора и спокойно зашла в Катин домик.

— Она по слепым зонам шла, поэтому мои парни не заметили её, – пялясь в компьютерный монитор, ответил Артём.

— Ну что тут скажешь, браво. А какого хрена в моём дворе есть слепые зоны?! Я тебе мало выделяю на оборудование?

— Завтра всё сделаем.

— Чтобы каждая дырка была в зоне видимости.

— Слушаюсь.

— Свободен!

— А ты, Паша, мне скажи, что с пальцами Кати?

— Она исколола булавкой, от нервного срыва.

— Снова Агата?

— Да.

— Найди мне Есена и Сизого, и передай, чтобы нашли мне очкастую ведьму!

Глава 46. Катя

Я всё-таки, решилась поехать к себе, в пригород, пока Хасан на работе. Сидя в машине, смотрю на мелькающий за окном пейзаж. Мандражирую, сама не понимаю отчего.

— Не переживайте, Катя, – я вскинула голову на Павла, сидящего напротив меня.

— Настолько заметно? – поинтересовалась, смущённо улыбнувшись. – Если спрашиваешь, выходит, так и есть, – и ответила на свой же вопрос.

— Вам есть о чём переживать?

— Да нет, какое-то внутреннее состояние…

— Пройдёт.

— Пожалуй, – я вновь повернула голову к ветровому окну, глядя на то, как пролетают огромные билборды и мелькают высокие деревья. «Скоро осень», – подумала я. Люблю осень и жёлтые листья, но больше зиму, хрустящий снег и морозный день…

Спустя три часа, я прибыла в населённый пункт, где провела своё детство и до определённого времени была счастлива. Наша машина повернула на узкую улочку, ведущую к моему дому. Нервно вздохнув, я вышла из салона, после того как водитель припарковался вблизи моей калитки. Паша, вышел первым, открыл передо мной дверь, предложив руку. Так необычно, я не привыкла… эм… не знаю, как правильно подобрать нужное слово для характеристики, не привыкла быть в центре внимания. Нашла тоже время об этом думать. Вдруг услышала, звонкий голос своей соседки. Выглядываю из-за широких плеч Павла, смотрю как баба Таня сначала демонстративно поправила на себе домашнее, голубое платье, а затем сложила руки на груди. Приятно было видеть, что она его носит, ведь пошила его я. Со стороны смотрелось комично: щуплая женщина с воинственным видом задавала вопросы молчаливым здоровякам.

— Это что за бравые хлопцы к нам пожаловали и по чью душу будете? Если к Соколовым, то там никого нет, съехали они.

— Баб Тань, – подала голос, выйдя из-за плеча охранника.