Книга Всё равно люблю, страница 80 – Лика П.

— Да, вот так… если расслабишь ротик, то он войдёт глубже, – она осторожными движениями посасывала мне член.

— Кать, поднеси свою руку к промежности и поиграй с клитором, – выпустив изо рта мой ствол, сказала, уставившись на меня изумлённым взглядом:

— Я не стану этого делать, – неожиданно нахохлилась покладистая птичка. Перехвалил.

— Катя… протяни руку и опусти свои пальцы к клитору, ты слишком зажата, это тебя расслабит, и нам обоим будет хорошо.

— Мне… стыдно делать это перед тобой.

— Что? – усмехнулся я. – Ты только сосала мне член, а несколько минут назад я трахал тебя.

— Это другое, – обижено ответила. Чёрт! Надо было не так, твою мать!

— Ладно, согласен, я был груб. Давай по-другому, – не нашёл больше аргументов, так как привык к раскованным женщинам, и каждый знал чего хотел, а Катя другая, она – моя, вот и всё, а своих женщин не обижают. Присел на корточки, взял её ладонь в свою, поднёс к промежности, и пальцем птички стал делать вращательные движения на клиторе, скрепив всё действенным поцелуем, больше похожим на сношение. Но ей нравится, в противном случае, остановился бы. Разорвал поцелуй, когда услышал, тонущий стон у себя в горле.

— Хорошо, птичка, – сказал, вставая. – Открой рот, и продолжай ласкать клитор, мне нравится, как ты это делаешь, – я, наконец, вставил одеревеневший ствол в горячую пещерку, она обхватила головку губами и стала сосать, а я направлял её голову рукой навстречу члену. Катя стонала в мой ствол, приближая меня и себя оргазму. Полностью отдавшись процессу, она быстро вошла во вкус, опускаясь глубже, насаживаясь на твёрдый член. Слова сами сыпались:

— Вот так… хорошая девочка… быстрее, давай быстрее, – бормотал я, наслаждаясь и глядя, как член исчезает в горячем ротике, обращаю внимание и на ласкающие клитор пальцы. Тело Кати затрясло в накатывающем оргазме, меня накрывает от вида экстаза на её лице, и я кончаю вместе с ней, бурно и стремительно, изливаясь тёплой спермой в горло птички. Она вновь удивляет, принимая всё, до последней капли. Приходя в себя, смотрел, как она всё ещё посасывала мой член, пока я не остановил, перехватил её за подбородок, приподняв, заглядывая в глаза.

— Катя, тебя точно никто этому не учил? – поглаживая большим пальцем её скулы, поинтересовался я.

— Нет, никто.

— Верю тебе… Девочка, я бы убил того, кто осмелился бы научить тебя этому… – и здесь я себя уже спрашиваю, что это ревность или собственник говорит во мне? Какая грань между тем и этим…

Глава 38. Хасан

Я сидел в одних брюках, за кухонным столом с влажными, после душа волосами. Слежу за тем, как Катя с распущенной косой и в коротеньком халатике на голое тело, готовит нам ужин. Так и не ушёл, остался у неё, а должен был. Наплевал на все дела…

— У меня, почти всё готово! – радостно воскликнула птичка, кружась электорвеником по кухне, – я молча наблюдал, как она сервировала стол, поставила глубокую тарелку с овощным салатом и две пиалы с картофельным, быстро развернувшись, пошла за горячим.

Полез в свой карман, вынул из него небольшую коробочку бирюзового цвета, положив её на середину стола.

— Ай! – воскликнула Катя.

— Что случилось? Обожглась? – поинтересовался у неё.

— Нет-нет, всё хорошо, у меня уже готово, несу, – взяв двумя руками блюдо с запечённой сёмгой, улыбаясь, приблизилась к столу, но так и осталась стоять с блюдом в руках, взгляд птички замер, на ювелирной коробочке, улыбка стала медленно таять, сменяя одну эмоцию на другую. Теперь читалось на лице Кати: удивление и крайнее любопытство.