Книга Завещание на любовь, страница 73 – Миранда Эдвардс

Беру распечатки и ахаю. Переводы сделаны за месяц до смерти дедушки и бабушки, менее пяти лет назад. Если Квентин мертв, то кто пытался за него откупиться за убийство главы компании и по совместительству за убийство отца братьев Кинг? Зачем кто-то вывел деньги на подставные компании в Южную Америку сделаны за несколько дней до автокатастрофы с Квентином Монтгомери?

Собираю всю картинку в мыслях. Голова уже гудит. Квентин хотел заключить некую сделку с «королями», но получил отказ и начал работать с «Рукой Господа». Затем кто-то постарался уладить дела с наследниками империи. Но обвинения бывшего владельца компании семьи Монтгомери навредили бы Маркусу, а дедушка точно хотел обратного. Это не просто несостыковка — это огромная пропасть между фактами. Не хочу даже думать о существовании такой возможности, но если Маркус причастен к этому? Что, если дедушку и бабушку убили не грабители, а «Рука Господа» из-за старой дружбы с Квентином? Нет, это полнейший бред. Маркус ненавидел своего отца и уехал в конец географии не просто так, хотя в то же время он винил моих родителей в случившемся. Ему могло стать стыдно за содеянное, поэтому он взял меня к себе. Мне нужно с ним поговорить: я должна убедиться, что у меня паранойя на фоне того, что я только что узнала. Снимаю наушники и захлопываю ноутбук. Кто-то хлопает входной дверью — Маркус. Очень и очень вовремя. Выхожу из убежища и бегу к нему. Конечности дрожат, перед глазами мелькает избитый Маркус.

Мужчина устало потирает шею, зайдя на кухню. Я не могу просто вывалить на него все свои вопросы. Маркус наливает себе воду, а я подхожу к нему. Он удивленно поднимает взгляд: я подошла довольно близко. Мне не до смущения и не наших… взаимоотношений.

— Звонила миссис Стюарт, — без дежурных вежливых фраз начинаю врать, — несколько дам просили узнать твой номер. Они как-то вычислили, что ты сам Маркус Монтгомери. Все хотят откусить кусочек твоей компании.

Он подозрительно косится на меня. Должно быть, я выгляжу странно.

— Я ни дня не работал в компании своего отца, — Маркус подчеркивает последние слова. — Понятия не имею, что там творится.

— А деньги? — спрашиваю я.

— Трастовый фонд создан очень давно, но им я пользовался до открытия своей фирмы, — Маркус хмурится. — С чего ты вдруг заинтересовалась?

— Думаю, как объяснить бедным дамам твой отказ, — улыбаюсь ему и покидаю кухню, кинув напоследок: — Спокойной ночи.

Его объяснение меня слегка успокоило. К тому же я все-таки поняла, что мысль бредовая. Маркус взял меня, потому что знал, насколько ужасными были родители. Не из чувства вины. Нет. У него слабость к сиротам. Сначала Кайл, теперь я. Черт, я все еще его подозреваю. У Маркуса был мотив, средства, чтобы отвести от себя сенатора, родственников усопшего и прокурора. Но в то же время у него есть и алиби: ненависть к отцу, нахождение в Джексоне и воспитание сына. Он бы не рисковал судьбой Кайла, лишившегося всего.

Я не могу. Вдруг мои чувства сильнее здравого смысл, и я пытаюсь отмести любую возможность его вины. Или все-таки у меня паранойя, что было бы намного лучше для меня.

Душ помог мне прочистить голову. Возвращаюсь в комнату, и меня сбивает поток ветра из открытого нараспашку окна. Быстро бегу к нему и пытаюсь закрыть. Пол ледяной, он кусает пятки. Разжигаю огонь в камине и ложусь в постель, не глядя на компьютер, лежащий напротив. Вскоре я засыпаю.