Книга Союз, заключенный в Аду, страница 150 – Миранда Эдвардс

— Чем быстрее ты кончишь, тем скорее я трахну тебя, дорогая, – хрипит Гидеон, словно прочитав мои мысли. Он поглаживает свой ствол от самого основания до головки, на которой уже образовалась соблазнительная капелька смазки. – Но не торопись слишком сильно. Мы все-таки хотим, чтобы тебе было хорошо.

Боже, кто еще кого здесь скоро убьет?

Скольжу пальцами по чувствительным и скользким от моих соков половым губам и ввожу в себя два пальца. Это просто ничто в сравнении с тем, что делает со мной Гидеон. Когда он будет не со мной, я всегда буду неудовлетворенной.

Возвращаюсь к клитору и нажимаю сильнее. По телу пробегает волна удовольствия. Приоткрыв губы, стону и усиливаю свой натиск. Гидеон стойко остается на своей части постели, хотя он и ерзает на матрасе. Это не похоть, а желание. Он не просто жаждет мое тело, ему нужна я. Мы не грешны, мы влюблены.

Восхищение, животная страсть и тепло Гидеона заставляют меня кончить. Мышцы быстро-быстро сокращаются, и я взрываюсь. Для Гидеона мой оргазм действует как триггер. Едва ли я отвожу руку от киски, он ловит ее и облизывает мои пальцы. Тщательно, не упуская ни капли. Мы стонем в унисон, когда он впивается в мои губы. Гидеон врывается в мой рот языком. Поцелуй настойчивый и неукротимый, как невидимые искры, летающие вокруг нас.

Но разумеется, именно тогда, когда головка члена Гидеона приближается к моему входу, в дверь стучат. Гидеон сначала не обращает внимание, продолжая упиваться поцелуем и вводя меня в неистовство, но вскоре стук повторяется.

— Мне правда жаль, ребята, но Аврору очень хотят увидеть родители, – слышу насмешливый голос за дверью и очень хочу стукнуть чем-нибудь очень тяжелым по голове его обладателя. – Одевайтесь. Они будут через пятнадцать минут. Вряд ли Аврора захочет встречать свою чопорную мамочку со свежими засосами на шее.

Гидеон злобно рычит и отрывается от меня.

— Доминик, иди нахрен!

Автор

Он неподвижно сидел уже несколько часов. Словно в насмешку, его вновь упекли в клетку. Как зверя. Они забрали его протез, ремень и обувь. Их нельзя было назвать неисполнительными или тупыми.

Тень, сгорбившись, уставился на пыльный каменный пол. Он не мог не вспоминать про яму. В первый день ада он тоже остался с культей и в одних штанах. Сейчас же его кормят и не бьют. Аврора позаботилась о нем. Эйден знал, что его любимая не причинит ему вреда. Гидеон Кинг просто запудрил ей мозги. Он не понимает, что говорит и делает. Она не может любить монстра. Когда все закончится, они будут вместе. Поселятся на Ибице, как когда-то хотели, и их никто не найдет.

— Сколько времени? – оглянувшись, спрашивает Эйден у одного из мужчин, смотрящего за ним.

У них одинаковые шрамы на лицах. Интересно, кто ему оставил его? Хотя это неважно. Все равно Тим не жилец.

— Без трех минут час, – нехотя отвечает он. – Что, торопишься куда-то? Не мистер Кинг, не миссис Кинг не собираются выпускать тебя отсюда, приятель. Не после всего, что ты устроил.

«Вырвать бы ему его поганый язык за то, что он ее так назвал,» – подумал Эйден, но виду, что злится, не подал.

Вместо этого он начинает считать. Когда Эйден доходит до двухсот шестидесяти девяти, дверь взрывается. Сквозь звон слышатся выстрелы, крики раненных и падения тел.

Обернувшись, Эйден говорит больше сам себе: