Книга Время волка, страница 85 – Дж. Сидни Джонс

Путь к Майеру и его группе был очень сложен. Начался он с первого задания Краля, когда Хартман только что прибыл из Германии после окончания спецшколы в Бернау, доверху набитый теоретическими познаниями, касавшимися шифровального дела, ядов, невидимых чернил и прочих подобных вещей, с которыми он никогда потом не сталкивался на практике.

Вспомнилось Хартману, как когда-то сидел он в паршивеньком кафе недалеко от университета, подслушивая разговор двух юношей, подозреваемых в том, что они являлись руководителями коммунистического союза студентов. Это было в тридцать шестом году, и Хартман должен был соблюдать крайнюю осторожность, оставаясь в тени, поскольку в Австрии тогда нацистская партия действовала еще нелегально. Он следил за этими парнями уже неделю и успел исписать большую часть своего блокнота именами и адресами тех, с кем у них были контакты, то есть таких же беспорядочных студентов, как и его «поднадзорные».

Но в тот день все было по-другому. В кафе собралась большая группа студентов. Владелец заведения, казалось, знал их всех и с юмором воспринимал их шутки в свой адрес. За столиками сидело немало совсем зеленых юнцов, и Хартман, глядя на них, испытывал острое желание сбросить с себя маску и показать им, какие они пустобрехи. Тем более что среди них в этот раз находилась примечательная во многих отношениях девушка. Высокая, красивая, с ярким румянцем на щеках, она была в центре внимания. И говорила о том, как не нравится ей вся эта жизнь. Что ей давно уже опостылела учеба в университете. Что ей хотелось бы знать причину того, что происходит вокруг и, что самое важное, почему она здесь. И она без конца задавала вопросы: почему?.. почему?.. почему?..

Голос ее звучал низко и мелодично даже тогда, когда она выражала свое недовольство. Держалась она с чувством собственного достоинства, хныкать не собиралась и была жутко серьезна. Хартман все это сразу засек.

Молодые люди вокруг нее, единственной здесь девушки, были примерно одного возраста с Хартманом. Они слушали, согласно кивали, поддакивали, но никто из них не воспринимал ее высказываний всерьез и тем более не разделял ее чувств. Хартман видел, что все они лишь притворялись, будто им интересно то, чем хотелось бы ей поделиться с ними. Зато ни один из них не упускал шанса взглянуть лишний раз на ее ножки. И каждый не прочь был бы проникнуть поскорее к ней под трусики. Вникать же в ее мысли им было недосуг. «Наверное, хорошенькие трусики!» – подумал между прочим Хартман.

Внезапно он почувствовал глубокое отвращение к тем двум коммунистам, за которыми следил. С каким удовольствием всыпал бы он им! Когда нацизм победит в Австрии, они будут уничтожены. Уничтожены в буквальном смысле этого слова. Но ему хотелось именно сейчас нанести им первый удар. Чтобы показать им, что за ничтожные, мелкие твари они. Он прекрасно знал, как это делается. Они не учились в шпионской школе, в отличие от Хартмана, который преуспел в подобных вещах. И он же интуитивно понял, что следует предпринять, чтобы познакомиться с этой девушкой. На обороте салфетки, лежавшей на его столе, он вывел короткое послание:

«Здесь вы только зря потеряете время. Никто не поможет вам разобраться в волнующих вас проблемах. Спрашивайте и дальше, если хотите. Но знайте, только смерть дает ответ на все вопросы. Постарайтесь забыть об этих ничтожествах, которые вас окружают. Они просто добиваются вас. Они не смогут унять вашей боли. А я вот смог бы».