Книга Под кожей, страница 3 – Ника Коваль

Келл вздыхает, и на фоне слышится голос пожилой женщины, видимо, очередной пациент.

— Ладно, Эм, мне пора, тащи сюда свою задницу! – Он сбрасывает звонок, и я сажусь в машину.

Небо застилают затяжные тучи, дорога мокрая от недавнего ливня, и воздух пропитан запахом сырости и мокрого асфальта. Осенний Лондон как никогда радует. Мой старенький Форд, который достался мне от мамы, занесло листьями, и у меня ушло целых 15 минут, чтобы очистить от них машину. По пути на работу я, как и обещала, беру Келлу горячий шоколад.

В отделении больницы же царил свой консервированный ад: запах антисептика, перебивающий человеческую боль, мерцающий свет и монотонный гул голосов.

За стойкой регистрации стоит Келл, который что-то очень старательно пытается объяснить старушке. На его лице видно истощение. Я знаю его 2 года, с тех пор, как устроилась администратором больницы неотложной помощи. Он высокий, довольно милый парень с кудрявыми каштановыми волосами, карими глазами и ямочками на щеках. Я знаю не так много парней, но с ним мне всегда было легко. Хоть мы и видимся только на работе, он умеет вызвать у меня искреннюю улыбку своими иногда глупыми шутками. А это сложно, поверьте. Обычно мне приходится только притворяться, что мне смешно и так далее, чтобы не выделяться. Как только он замечает меня, его лицо озаряет облегчение и лёгкая улыбка.

Я подхожу к стойке регистрации, и когда старушка, наконец, удаляется, Келл поворачивается ко мне и сокрушительно вздыхает.

— Чёрт.... Я уж думал, ты никогда не придёшь.

Я протягиваю ему его горячий шоколад.

— Как я могу оставить своего друга на съедение этой беспощадной старушке? – с лёгкой издёвкой говорю я.

Усмехаясь, он забирает стакан и вдыхает запах свежего шоколада.

— Мда уж. Я думал, она из меня все соки выжмет. Пол часа ей пытался объяснить, что здесь отделение неотложной помощи, а не пункт сдачи анализов.

Я смеюсь и хлопаю его по плечу. После иду в комнату для персонала, чтобы переодеться в форму и сменить друга.

Смена началась как обычно. Люди в очереди, кто с повязками, кто с кругами под глазами, кто с жалобами, которые звучат как оправдания.

— Здравствуйте, чем могу помочь?

— Заполните вот здесь.

— Врач вас вызовет.

Всё идёт по накатанной. До тех пор, пока не распахиваются двери.

Он входит быстро, но не суетливо. На нём черная толстовка, маска, закрывающая пол лица и капюшон, который наполовину сполз с головы. У него кровь. Как будто рассечение идёт из-под линии волос через висок. Он держится за бок и, хромая, приближается ко мне. Толстовка тёмная, но видно, что она впитала что-то большее, чем пот.

— Мне нужен врач! – бросает он, не глядя ни на кого.

Его голос спокойный. Слишком. Не вяжется с его нынешним видом. Он подходит к стойке, его дыхание чуть сбито.

Я медленно поднимаюсь с места.

— В…Вам нужно срочно к хирургу, – говорю я, пытаясь скрыть внезапно накатившую дрожь в голосе. Господи, да что на меня нашло?! – Я вызову врача. Прежде чем я нажимаю на кнопку вызова, его грубый голос останавливает меня.

— Не надо, я дойду сам. Просто скажи, в какой кабинет. – Проходя мимо, сказал он, и наши взгляды столкнулись.

Взгляд у него – тяжёлый, темный, опасный. А в нос ударил запах сигарет и что-то очень знакомого. Ветивер? Похоже на то.