Книга Пионерская клятва на крови, страница 53 – Эльвира Смелик, Екатерина Горбунова

Хорошо, что через ткань футболки Паша не мог ощутить, как они вспотели от волнения. Еще и ноги стали будто деревянными, отказывались повиноваться и нормально гнуться в коленках. И мысли в голове перепутались, а под кожей щек разгорался пожар.

Правда, с ногами Инга более-менее разобралась, но лишь потому, что послушно последовала за Пашей, когда он повел. И все-таки не до конца попадала в такт, а потом ее вообще угораздило споткнуться, пусть и не настолько сильно, чтобы упасть.

— Ты что, меня боишься? – поинтересовался Паша.

Инга, рассердившись на себя за скованность и неуклюжесть, выдававшие ее с головой, резко выдохнула:

— Нет. – И сразу сама спросила, чтобы не объясняться: – А ты меня назло Оле пригласил?

— Нет, – будто передразнив, повторил за ней Паша, и тоже больше не добавил ни слова, только улыбнулся.

И как это понимать?

Инга опять едва не смутилась и не покраснела. С трудом сдержалась. И вот что странно: рот у Паши улыбался, лицо вроде тоже улыбалось, а глаза – нет.

Они вообще ничего не выражали помимо интереса. Такого, с каким Инга сама рассматривала бы муравьев, бегающих туда-сюда по поверхности муравейника, или присевшую на цветок неизвестную бабочку, или новую формулу, написанную учителем на доске. А ведь были действительно красивыми, ясно-голубыми, чистыми, как драгоценный камень или прозрачный озерный лед.

У Инги никак не получалось разобраться в своих впечатлениях. Может, она и правда боялась Пашу? Или не совсем его, а своего отношения к нему. Он притягивал, но стоило надолго задуматься или действительно подойти ближе, что-то непременно тревожило и настораживало, словно неведомый внутренний голос пытался предупредить и остановить.

С Лёшкой Инга ничего подобного не ощущала, хотя он тоже парень и тоже ей симпатичен. Но в него она точно не влюблена, а тут…

Тут получалось слишком сложно. И Инга с облегчением вздохнула, когда песня закончилась, торопливо убрала ладони с Пашиных плеч, выскользнула из его рук, стараясь не встретиться взглядом. И больше вообще не стала танцевать, ушла в корпус, достала блокнот, устроилась на кровати да так и просидела в задумчивости до того момента, пока не вернулись остальные девчонки.

Ввалившись в палату, Оля Корзун (честно говоря, Инга даже не обратила внимания, осталась ли та на дискотеке или тоже сразу сбежала после выходки Белянкина) в первую очередь стянула одолженный наряд и, надев первое, что попалось под руку, подошла к Ингиной кровати.

— Вот! Забирай! – заявила, небрежно бросив на нее платье, и не отвалила сразу, молча постояла несколько секунд, поджав губы и сложив на груди руки, потом произнесла: – А ты, Малеева, оказывается, нарасхват, – смерила оценивающим взглядом. – Кто бы мог подумать. А ведь такая скромница на вид. Типа, ни танцы, ни мальчики ее не интересуют. – И, убедившись, что Инга не собиралась ей отвечать, снисходительно фыркнув, добавила: – Не расскажешь, кто там у тебя в планах следующий? Или пока на Паше остановишься? А через пару дней посмотришь и решишь, кому еще можно дорогу перейти.

— Оль, – вмешалась появившаяся чуть раньше и теперь тоже сидевшая на своей кровати Галя, – а ничего, что это Паша сам ее пригласил? – Ввернула многозначительно: – А не она за ним бегала. Как некоторые. – И предложила: – Так, может, лучше с ним пойдешь отношения выяснишь?