Книга Грехи маленького городка, страница 88 – Кен Джаворовски

— Ты что, с ума…

— Мы крутые! – воскликнула она и вскинула ладонь, ожидая, что я дам ей пять. Рука девочки зависла в воздухе, и в конце концов мне пришлось выпустить руль и шлепнуть по ней.

Потом я попыталась заговорить, но Габриэлла так радостно засмеялась, что я, хоть и не хотела, издала нечто вроде «хе-хе». Я бы и глаза закатила, да только нужно было следить за дорогой. Однако мне удалось улыбнуться.

Мы были в миле от трассы 61, когда на обочине дороги возник магазин запчастей, закрытый, с неосвещенной парковкой. Вглядевшись, я обнаружила то, что искала: телефон-автомат. Я припарковалась и вышла из машины, как могла старательно протерла пистолет полой собственной рубашки и швырнула в траву за кабинкой. А потом набрала три цифры.

— Девять один один. Что у вас случилось?

— Запишите адрес: стоянка трейлеров Ли-Маунтин. Трейлер номер два. Там сейчас находится парень по имени Лестер, его разыскивает полиция. Я забрала у него пистолет и бросила за будку этого телефона. Найдете потом, когда отследите мой звонок. А сейчас пошлите людей на стоянку трейлеров в Ли-Маунтин, трейлер номер два. Будьте осторожны: у этого Лестера может быть еще оружие. А еще ему нужна медицинская помощь.

— Ли-Маунтин, стоянка трейлеров, номер два, – повторила оператор.

— Совершенно верно.

— Мэм, как ваша фамилия? – только и успела спросить оператор, прежде чем я повесила трубку.

Мы покинули стоянку, проехали милю и увидели знак федеральной автомагистрали.

А сворачивая на нее, оставили позади припаркованный у обочины знакомый эвакуатор: его водитель искал сломанный автомобиль, которого ему никогда не видать, в надежде на сто долларов чаевых, которых ему никогда не получить.

Когда я проснулся, самочувствие никак не улучшил тот факт, что с вечера я велел себе быть готовым к боли. Нога казалась очень хрупкой и в то же время тяжелой, как мешок цемента. Чтобы она начала заживать, требовалось несколько десятков швов, а не повязка из скотча. Боль оказалась настолько сильной, что я даже подумал: а вдруг раны серьезнее, чем мне сперва показалось? Наверное, мышца здорово пострадала. Я осторожно сдвинул ногу к другому краю кровати. Часы показывали 8:07. К тому времени, когда мне удалось принять сидячее положение и собраться с духом для попытки встать, на них было уже 8:21, а у меня на лбу и над верхней губой проступил пот.

В процессе я сыпал проклятиями, мычал, стонал и цедил сквозь зубы фразы вроде «я сделаю этого мудака», «хороший день, чтобы сдохнуть, так, ублюдок?», «просто не терпится его грохнуть» и «этот гондон не доживет до завтра». Получалось еле слышно, но голос был полон гнева и угрозы.

Хотя, если честно, я просто трепался, а то и откровенно врал.

Способен ли я убить человека? Этого я не знал. Пытался уговорить себя, хоть и помнил, как теряюсь даже в самых простых ситуациях. Мне было очень страшно. В кино и по телику убивать легко: герой произносит какую-нибудь крутую реплику, а потом без лишних раздумий расправляется с негодяем. Только все это ложь, причем оскорбительная. Чтобы на самом деле совершить убийство, требуется либо слепая отвага, либо полное неведение того, какую цену придется заплатить и убийце, и его жертве.

Мне это было известно.

Однажды я уже пытался кое-кого прикончить.