Книга Хроники пепельной весны. Магма ведьм, страница 6 – Анна Старобинец

— Позволите идти?

— Нет, постой.

Ни есть, ни пить епископу не хотелось, но больше всего не хотелось остаться в полутемной комнате одному. Поэтому он сказал:

— Покорми меня, Лея.

— Конечно, владыка.

Она опустилась перед ним на колени и обнажила грудь.

Мур перешел с привычной бодрой рыси на шаг. Чем ближе было море, тем медленнее он плелся и тем чаще оглядывался назад. Потом и вовсе остановился.

— Давай, Обсидиан, не ленись! – Кай пришпорил мура.

Тот неохотно сдвинулся с места, но через пару метров снова уперся. Кай сильней вдавил шпоры в отверстия, проделанные в броне скакуна. Тот вздрогнул, но не двинулся с места. Считалось, что муры слушаются только кнута, а речь не воспринимают, но Кай не использовал кнут. Он верил, что мур понимает если не сами слова, то уж интонацию точно.

— Я знаю, Обси, ты хочешь обратно в стадо, – сказал он как можно ласковей и погладил черный блестящий круп. – Я обещаю, что мы вернемся. Но не сейчас. Сейчас надо ехать. Нельзя стоять на месте, оцепенеешь.

Обсидиан горестно опустил голову, как бы соглашаясь с неминуемостью такого исхода, и застыл. Кай вытащил из сумки сушеный гриб и предложил муру, но тот не разомкнул челюстей и не шелохнулся. Кай сам откусил кусок шляпки, остальное убрал. Наверное, он все-таки зря взял Обсидиана. Хотел как лучше – но если мур здесь оцепенеет, они просто погибнут оба. Пешком, без мура, он до пристани не дойдет, там ведь нужно перебраться через Ледяной Холм. Вернуться в деревню тоже вряд ли получится. Слишком далеко. Слишком холодно.

Наверное, нужно было согласиться с гонцом. Гонец, прибывший вчера из Чистых Холмов, настаивал, чтобы Кай ехал с ним – немедленно, прямо ночью, на епископском гнедом муре. Но Кай сказал, что поедет засветло и на своем. Мол, не хватало еще замерзнуть. Температура даже летними ночами опускалась ниже нуля, что уж говорить о зиме.

— Не примет твоего мура наше стадо, – сказал гонец.

— Примет. Я знаю способ.

На самом деле он вовсе не был уверен, что способ его сработает. Но оставить Обсидиана в Кальдере означало обречь его на верную смерть. Мур был с норовом и никому, кроме Кая, не подчинялся. Пока Кай им пользовался, все было нормально. Но уехать на несколько дней, просто закрыв его в стойле, было решительно невозможно. Потому что муры никогда не должны простаивать. Муры должны работать. Неизбежно в отсутствие Кая его передали бы другому наезднику. А любого другого наездника он бы сбросил. После этого путь один – скотобойня. Непокорных муров всегда забивали на мясо.

Все кальдерские муры принадлежали князю Аскуру из рода Ледяных Лордов. Князь даже не знал своих муров по номерам. Тем более не знал, что муру номер сорок четыре Кай дал имя Обсидиан. Считалось, что муры не заслуживают имен. На мурах можно ездить, воевать и строить тоннели. Их мясо и яйца едят, их кислотой промывают раны, из их брони делают щиты, из их кокона плетут шелк. Но звать их по именам неприлично. Не принято. Да они и не отзываются.

— Пожалуйста, Обси. – Кай потрепал скакуна по тонкому сочленению между головой и переднегрудью. – Нам нужно двигаться дальше. Мы должны попасть в Чистые Холмы. Я знаю, ты никогда не уходил так далеко от стада, и все же, пожалуйста, сделай это ради меня.

Обвисшие усики мура затрепетали, и Кай протянул к ним руки. Очень медленно, превозмогая оцепенение, тот завел оба уса за голову и вложил в раскрытые ладони хозяина. Кай сжал руки – осторожно, чтобы согреть, но не повредить. Так они постояли с минуту, и Обсидиан обреченно побрел по направлению к морю.