Книга Хроники пепельной весны. Магма ведьм, страница 37 – Анна Старобинец

Юлфа снова захохотала, истерично подвизгивая. Умирать она явно не собиралась. Охранники принялись осенять себя яблочными кругами. Староста к ним присоединился и попеременно перекруживал то себя, то епископа, который не мог справиться сам.

— Это цетрария… плодовитая… – давясь смехом, сказала Юлфа. – Спросите у доктора!.. Я двадцать лет ее принимаю, чтобы зачать…

— Как мы видим, вещество совершенно не эффективно – ни как яд, ни как лекарство против бесплодия. – Кай закрыл пузырек. – Я хотел бы задать вам «правильные вопросы», госпожа Юлфа.

— Какой смысл задавать ей вопросы здесь? – возмутился Сванур. – Хочешь, чтобы она призналась, – веди ее в пыточную!

— Я предпочитаю обходиться без пыток, владыка.

— Слабонервный? – усмехнулся епископ. – Не выносишь вид крови? Или когда кричат?

— Нет, я просто не верю в эффективность этого метода.

— Что за бред?! Ты что, пастырь, совсем дурак? Эти твари признаются только под пытками!

— В том, чего они, возможно, не совершали.

— Вот за что мне эти муки, Господь мой Джи? – Епископ дернул плечом, на секунду снова забыв, что перекружить себя рукой он не может. – За какие грехи ты дал мне тупого и бестолкового старосту, которому я доверился и который уговорил меня пригласить сюда тупого и бестолкового диакона и сделать его игуменом!

— Если б Чен не уговорил вас меня призвать, вы бы просто остались в своей постели и сегодня наверняка бы уже были мертвы. Наша с Ченом тупость, владыка, спасла вам жизнь.

— Это я спасла ему жизнь! – заявила вдруг Юлфа. – Если бы не я, Сванур умер бы до того, как ты явился к нам, пастырь.

— Что за бред ты несешь?! – Сванур так удивился, что машинально отвернулся от зеркала и посмотрел ей в лицо.

— Неблагодарный! – Юлфа взглянула в зеркало, чтобы убедиться, что вид у нее гневный и гордый, но увидела жалкую увядшую тетку, залившуюся слезами. – Я вложила тебе в подушку мой дар любви – Священное яблоко, чтобы оно тебя исцеляло! Ибо нет сильнее средства против ведьминой порчи, чем живой священный плод, преподнесенный с любовью!

— Где вы взяли плод? – спросил Кай. – Из церковной оранжереи, не так ли?

Юлфа молча кивнула.

— Наша яблоня дала плод? – вытаращился Сванур. – Почему я об этом не знал?!

— Потому что в день, когда садовник хотел вам торжественно его показать, вы как раз слегли, и Юлфа пришла одна. И украла яблоко.

— Я сделала это ради спасения жизни Сванура.

— Но ведь яблоня и так принадлежит епископу Свануру. Для чего красть плод, если можно его просто взять? И зачем «преподносить» его тайно?

Юлфа молча облизнула кровоточащую губу и выжидательно взглянула на епископа, как бы предоставляя ему право ответить.

— Эта яблоня выращена из королевского саженца, – глухим голосом сказал тот. – Я поклялся своей бессмертной душой, что первый плод отдам королеве в знак благодарности.

— Если бы Сванур узнал про яблоко, он бы не смог его взять, не нарушив клятву, – удовлетворенно кивнула Юлфа. – Но у меня была и другая причина скрывать дар любви…

— А кстати, где плод? – встрепенулся Сванур. – Я должен отправить его королеве.

— Боюсь, это невозможно, владыка, – ответил Кай. – Из-за соседства с ведьминым платьем плод поразила порча. Мне ничего не оставалось, кроме как его сжечь… Вернемся к допросу. Вы сказали, госпожа Юлфа, что у вас была дополнительная причина подарить епископу яблоко тайно.