Книга От революционного восторга к…, страница 52 – Роман Путилов

Под удивленными взглядами сотен глаз, я подвел пса к окну, из которого, предположительно, выпрыгнули террористы, покидая дворец, показал на несколько смазанных капель крови, оставшихся на светлой штукатурке стены.

Пес понятливо мотнул большой головой и натянув поводок, потащил меня в сторону Казанской улицы, провел меня до пересечения Казначейской и Столярного, где закрутился на месте, очевидно, потеряв кровавый след.

— Ваше благородие, дозвольте прикурить? — от стены дома ко мне, шаркающей походкой двинулся старик-нищий, к удивлению Трефа, не обративший на его оскаленные клыки никакого внимания.

— Командир, они здесь в пролетки сели, двое раненых у них, один в ногу, второй за живот держался… — зашептал «нищий», старательно затягиваясь самокруткой: — Коляски на Забалканский свернули.

Я спрятал спички в карман и махнул водителю, следующего за нами с Трефом, грузовика — комедию мы отыграли, а Забалканский проспект вел прямо, в сторону логова террористов — к Московской заставе.

Так как за нами, от самого Мариинского дворца, двигалась чуть ли не сотня, любопытствующих солдат, мы с трефом еще прошли метров триста на юг, после чего загрузились в грузовик и, на максимальной скорости, поехали в сторону Московско-Заставского райкома партии большевиков, при котором сбежавшие боевики, чей список давно передал мне мой агент- «моряк», числились членами рабочей боевой дружины.

В раком партии мы порвались в лучших традициях «маски-шоу» конца двадцатого –начала двадцать первого веков. Топот тяжелых сапог по лестнице, куча мрачных вооруженных правоохранителей с автоматическим оружием, рвущийся с поводка, роняющий слюну, огромный доберман, и члены райкома, расставленные вдоль стен, в крайне неудобной позе.

Картину локального Апокалипсиса дополнял грузовик с пулеметом, направленным на улицу, с которой, к большевикам, могло подойти вооруженное подкрепление.

— Иди сюда. — я оторвал председателя райкома от стены и подтащил к столу:

— Где эти люди?

— Какие люди?

— Михаил Николаевич! — я придавил первого секретаря райкома Федорова тяжелой рукой и потыкал пальцем в лежащий на столе перед ним список: — Не зли меня. Где эти люди?

— Что за произвол, господин жандарм, или революция в России закончилась? — партийный лидер попытался вырваться из моих объятий, но я навалился и заставил Михаила Николаевича плюхнутся на стул.

— Господин большевик, эти люди час назад совершили покушение на Временное правительство во время утреннего заседания, есть убитые и раненые. Поэтому еще раз спрашиваю — где эти люди?

— Пошел к черту, держиморда, я ничего не знаю. — не подвел моих ожиданий старый партиец.

— То есть, от сотрудничества отказываемся? Господа, приступайте к обыску.

Пара человек попыталась протестовать, что-то говорить о прокуроре и произволе, но, оббитые металлом приклады автоматов, заставили господ большевиков замолчать, только с тоской смотреть, упершись в стену, как на сто вываливаются все новые документы из ящиков и ящичков шкафов и секретеров.

Списки участников боевой группы, удивительным образом, совпали со списком членов районной боевой дружины. К удивлению партийцев, меня не интересовали списки членов партии района, и прочие документы, поступившие из городского комитета партии — я знал, что в отсутствии Ленина и Троцкого мысли о вооруженном захвате власти еще не вскружили головы старых большевиков, в основном там заседают лица, склонные к компромиссам и мирному разрешению конфликтов. Я изъял только списки местных боевиков, ведомость на выданное оружие, схема оповещения по тревоге, с домашними адресами бойцов, и документы, подтверждающие членство нескольких из террористов в партии, с ведомостями об уплате партийных взносов. После завершения обыска, документы и члены райкома были загружены в грузовик и, под конвоем, направились в мою резиденцию, а прибывшие через полчаса два грузовика с взводом бойцов и броневик, вызванный для морального подавления возможных бунтовщиков, во главе со мной, выехали по известным домашним адресам.