Книга До основанья, а затем…, страница 114 – Роман Путилов

Глеб Неистовый'

— Мерзкая кадетская газетенка- скомканная газета «Речь» полетела в угол.

— Ну что вы, Владимир Ильич, не только кадеты об этом пишут. Например, «Рабочая газета», которая меньшевиками издается, тоже по вам знатно оттопталась. А хотите прочитать завтрашнюю газету, вернее одну статью. Пожалуйста, ознакомьтесь. — я протянул вождю мирового пролетариата набросок завтрашней статьи для Глеба Неистового.

— Это гнусная полицейская провокация! — орал Ильич через пару минут, размахивая моем произведением. Инесса Федоровна, в накинутом полушубке неслышно подошла сзади к беснующемуся партийному лидеру и вынула из его рук белый листок.

— Конечно провокация, я же этого не скрываю.

— Скажите… господин Котов… — женщина опустила руки на плечи Ленина и тот сразу замолчал, продолжая метать на меня молнии своими калмыцкими глазами: — Что вы от нас хотите?

— Я целенаправленно компрометирую господина Ульянова, так как он является экстремистом. После того, как завтра газеты опубликуют материалы о том, что народная милиция обнаружила небольшой домик, снятый на несколько дней неким господином, очень похожим на Владимира Ильича, а опрошенные свидетели дали показания, что в этом доме в день вашего исчезновения, госпожа Армант, видели женщину, одетую точно, как вы. Обыск, проведенный в присутствии понятых, позволил обнаружить в доме мужскую кепку, купленную неким господином-иммигрантом в начале апреля в Стокгольме, в универмаге «PUB», от фирмы «Wigens», а также женскую шляпку, которой вы, Инесса Федоровна, с нами любезно поделились. А самое пикантное, что за кроватью была обнаружена купюра в пять британских фунтов стерлингов, одна тысяча девятьсот пятнадцатого года выпуска. Проведенная экспертиза позволила снять и зафиксировать с указанной банкноты отпечатки пальцев. Кто отгадает, чьи там будут отпечатки, получит от меня конфетку… — я игриво посмотрел на насупившегося Ленина: — Представляете, уважаемые, как будут смаковать газеты подробности, что видные лидеры партии, претендующей на верховную власть в стране, как молодожены после брачной ночи считают полученные подарки, так и они пересчитывали партийные деньги, полученные от иноземной державы, возможно даже враждебной России?

— Чего вы от нас добиваетесь? — медленно, по слогам, как слабоумному, повторила свой вопрос Инесса.

— Я же сказал — компрометирую вас, чтобы вы не смогли вернуться к политической борьбе. Убить вас конечно было бы проще и целесообразнее, но душа протестует. К вам, Инесса Федоровна у меня вообще претензий нет, вы боролись за правильные вещи и ушли достойно, правда очень скоро. А господин Ульянов, как истинный демон революции, конечно подлежит ликвидации, но я слишком долго носил на груди значки с портретом Владимира Ильича, ностальгия, знаете ли…

— Слушайте, Володя говорил, что вы сумасшедший, но я ему не верила. Может быть вам лучше доктору показаться, а потом уже нас…ликвидировать? — революционерка попыталась коснуться меня за плечо, но я отступил на шаг назад, ну их нафиг, этих профессиональных революционеров.

— Да я же вам говорю, хотел бы ликвидировать — давно бы ликвидировал, но я долго был октябренком дедушки Ленина, потом юным ленинцем…

Теперь проняло и Инессу, она отступила за спину Ленина, в глазах ее была паника, взгляд постоянно смещался к, висящему на моем плече, пистолету-пулемету.