Книга Опасные манипуляции 3, страница 39 – Роман Путилов

— Согласен, звучит как бред — полковник, выжидательно, посмотрел на меня.

— Вопрос имею: мужчина что сказал?

— Мужчина сказал, что он, действительно, был женат на дочери владельца банка «СибУралВосток», но много лет с бывшим тестем отношений не поддерживает, и о поджоге ничего не знает. В этот вечер он был в квартире своей знакомой, когда пьяный мужчина сломал дверь и ворвался в квартиру, а потом достал оружие и стал стрелять.

— А, женщина, что говорит?

— Женщина говорит тоже самое.

— Можно с ней поговорить?

— Она отпущена. У нас не было оснований ее задерживать.

— А кто ее отпустил?

— Дежурный следователь Анохина. Она сейчас дома отдыхает.

— Я могу посмотреть…

— Нет не можете, тайна следствия — майор Желткова не смотрела не меня, а на мои вопросы отвечала, глядя на начальника отдела.

— …дело? А почему?

— Тайна следствия. Товарищ полковник — майор требовательно глядела на начальника: — тут только мне кажется, что поведение оперуполномоченного Жемчужного подозрительно?

— Да, действительно, капитан — начальник встрепенулся: — ты езжай к себе, мы тут сами разберемся, если потребуется, то вызовем.

— Конечно потребуется, он незаконно ворвался в жилище граждан, устроил стрельбу — Желткова уже полностью владела собой, очевидно, что от мысли «рассказать все» она отказалась.

— Слушаюсь идти, товарищ полковник. Только хотел уточнить, что вчера из ресторана во вторую больницу скорой помощи доставили двух выживших посетителей. Так вот один из них — владелец банка и бывший тесть мужчины, которого я вчера задержал. А женщина…

— Товарищ полковник, мы допросили восемь человек, никто не видел никакой женщины с зажигательной смесью. Все уверенны, что официант поджигал китайское блюдо при подаче, от этого стол и загорелся. А настойчивость вот этого человека — снова жест в мою сторону: — с непонятным упорством, подсовывающего нам двух подозреваемых очень подозрительна.

— Все, капитан, иди, а ты, Катерина Ивановна, дело мне принеси, мы его вместе изучим. Капитан, я сказал, свободен!

Мне ничего не оставалось, как уйти.

Николай Жемчужный

— Привет — Людмила скинула мне на руки куртку с красивым рисунком юной ведьмы на метле, повернулась, возбужденно блестя глазами и подставляя щеку для поцелуя. Но я, из вредности, чмокнул ее в губы, размазывая тщательно наложенную помаду.

— Ну, Коля — девушка не успела отскочить, и, озабочено прильнув к зеркалу, пыталась минимизировать нанесенный мной ущерб: — что ты делаешь, еще и колючий….

— Ты, что такая радостная? Встретила новую любовь? — я сурово свел брови.

— Слушай, будешь радостной… — Сомова перестала гримасничать возле зеркала и потянула меня в ванную: — С банкиром и его сумасшедшей семейкой разобралась, и даже не пострадала.

— А с чего ты решила, что все закончилось?

— Не, знаю, Коля, мне просто так кажется. И очень хочется в это верить.

Сегодня было удачное суточное дежурство. Около двенадцати часов ночи охрана притащила двух хлопчиков, приехавших в наш пролетарский район Города из соседней, шахтерской области. При личном досмотре у одного из ребят, под курткой, была найдена неплохая автомагнитола «Пионер», с варварски обрезанными проводами, а у второго, в рукаве, дешевый сапожный нож в самодельном чехольчике из куска кожзаменителя. Парням было по восемнадцать лет, у одного, с магнитолой, при проверке по базам Информационного Центра УВД, в биографии обнаружилась, не снятая, условная судимость за кражу с проникновением из киоска. Идти по стопам отцов, лезть в сырую темень шахты, ребятишки не захотели, и поэтому, сорвались в, почти столичный, по понятиям нашей глубинки, Город. Так как, ребятишки, неосмотрительно проговорились, что «фестивалят» в наших местах они уже два месяца, а кушать и пить хочется каждый день, то, разговаривать, долго и вдумчиво, мне с ними было, о чем. Поэтому, после того, как доблестная охрана, изъяла магнитолу и умчалась дальше, по своим, охранительным делам, я, минут десять поговорив с «условником», и поняв, что он очень тяжелый на откровенные разговоры, вплотную занялся его подельником.