Онлайн книга «Ничего личного»
|
Правда заместитель директора Гамова Ирина Михайловна, бывшая подруга покойной Аллы, по сообщениям моей агентуры, никак не могла успокоится, улыбалась мне в лицо, а сама искала способ поменять сложившуюся в магазине ситуацию. Из последних ее интриг – попытка купить долю в фирме у сотрудниц, перебив мою цену, судя по всему, тетка пыталась провести в фирму кого-то постороннего, обладающего финансовыми ресурсами. Второй же магазин продолжал балансировать на грани выживаемости. Наши консервы достаточно быстро нашли своего покупателя – люди ехали за ними из других районов. Хозяйка же магазина продолжала злоупотреблять спиртным, тем более, что им, и на любой вкус были забиты полки ее отдела, а «кассовые разрывы», возникающие постоянно, брала наличностью в нашем отделе. Я даже специальную форму договора займа разработал, распечатал и оставил девочкам в отделе два десятка экземпляров, а также заполненные расходники, все для удобства оформления, хозяйке оставалось только подпись поставить и печать, а также вписать прописью сумму займа. А в договоре было все – и привязка рубля к доллару, и штрафные санкции, и условия о залоге. То, что я не предъявлял эти договора в возврату объяснялось только тем, что я терпеливо ждал, когда сумма задолженности станет неподъемной. — Здрасьте, мужики! – в подвал спустился молодой, растрепанный мужчина в распахнутой настежь коричневой турецкой дубленке: - У меня тут предложение к вам… Обычно, с такой фразы начиналась полная «шляпа» - люди, сдав в ломбард ценное имущество, почему-то считают, что это имущество настолько ценно, а он такой эксклюзивный клиент, что ломбард будет руками и ногами хвататься за «его светлость», что тут-же броситься выполнять любые капризы посетителя, и в этом его фатальная ошибка. — Мужики, я тут вам с залог оставил кучу дорогого парфюма, а у меня пока с деньгами рамс…- посетитель развернул, сложенный вчетверо, залоговый билет и сунул его в окошко приемщику: - Вы же понимаете, что он стоит гораздо больше? Давайте, вы мне сейчас эту бумажку переделаете на большую сумму, чтобы мне проценты оплатить, все равно, вы в прибыли останетесь... — То есть, у вас сейчас денег нет? – я посмотрел на приемщика, который с испугом смотрел на меня, не зная, как реагировать на «коммерческое предложение» посетителя. — Нет, маленько я не рассчитал, но у вас моего товара на миллионы, вы все равно в прибыли останетесь… -Вы нашу прибыль не считайте, вы скажите, зачем мы должны вам дать еще кучу денег, если ваш товар уже у нас? — Но у вас же… — Разрешите ваши бумаги посмотреть? – я вытянул из ладони посетителя залоговый билет: - Так у вас уже штрафные проценты идут в полный рост, а через пару недель мы вообще можем продать все ваши духи. Зачем нам ваша мутная схема? Посетитель загрустил, и я тоже. Я, в принципе, его не обманул – никто с ним торговаться сейчас не будет и тем более давать какие-то деньги сверх выданных, но, как говорится, есть нюансы. Через две недели неуклонно произойдет проклятый для мужчин день – восьмое марта. До этого, поистине всенародного праздника, продавать «зависшую» парфюмерию, мы не имеем права, а после праздника – они станут никому не нужны. Парфюмерные магазины примут французский парфюм сомнительного происхождения за сущие гроши, поэтому я заинтересован в том, чтобы этот коммерсант выкупил свой товар, заплатив наши деньги с процентами. |