Книга Ничего личного, страница 34 – Роман Путилов

— Привет. – я широко улыбнулся: - Из Города приехал, надо вашего жулика задержать. Не подскажите телефон адресного бюро и «дорожку» на сегодня? Ну и телефонный аппарат, если не жалко.

Помощник дежурного, даже не подняв головы от журнала задержанных, в котором он что-то быстро писал авторучкой, показал рукой на листок под стеклом, где были написаны пароли на текущий месяц и подвинулся, освобождая место перед «прямым» аппаратом с надписью «АБ». Я поднял трубку, дождался ответа с противоположного конца провода.

— Добрый день, барышня. ОУР Громов, три справочки, пожалуйста…

Глава седьмая.

Февраль 1993 года.

Старые и новые долги.

Локация – Дорожный район, окрестности «Колизея».

— Вот, скажи пожалуйста, что это такое – я бросил на прилавок норковую шапку-формовку с большой проплешиной: - И сколько ты за это денег дал? Запомни, если клиент шапку эту не выкупит, то выкупать будешь ты.

Честно говоря, из Льва начальник оказался, как из дерьма пуля. Сотрудников он набрал (я просил взять с запасом), устроил собеседование.

Симпатичная девочка с высшим образованием, на тестовом задании не смогла проверить работоспособность импортного видеомагнитофона, а когда я гаркнул на нее (исключительно в рамках теста на стрессоустойчивость), в слезах выбежала вон. Потом мы долго разбирались с золотом, не выкупленным клиентами, и кольцо из смолы, облепленного золотой фольгой было не самой интересной находкой. Двух оставшихся претендентов на работу, и самого директора я, для полноты образования, отвез на занятие к Тамаре, и сейчас все они знали, какая мездра является пересушенной, ну, во всяком случае, обязаны были знать. И договор о полной материальной ответственности они подписали не просто так – я заставил Льва провести с приемщиками занятия по поводу драгоценных металлов и камней, с оформлением журнала занятий – ситуации, когда за рандоль щедро отсыпали рубли, как за золото 585 пробы я допускать не собирался.

Неработающую бытовую технику я отвозил в консервный цех, где она попадала в, растущие из нужного места, руки Бориса Петровича Пушилина, бывшего БОМЖа, прибившегося к нам, когда мы только открывали это производство.

В основном, поломки импортной аудио- и бытовой техники были пустяковыми – почистить, смазать, пропаять контакты или заменить, перетершийся электрический шнур, после чего «Акаи», «Фунаи» и «Шиваки» занимали свое место на полках нашего магазинчика на Заводской и отдела в промтоварном магазине, доставшемся мне после Аллы. Две трети от стоимости новой, за свежую, хотя и бывшую в употреблении технику, в гарантийным сроком в пятнадцать дней – народ, считающий каждый доллар, но желающий приобщится к западной или российской культуре, бодро брал все эти плееры, телевизоры, и музыкальные комбайны, не особо задумываясь о высоких технических характеристиках. Огромная площадь хозяйственного магазина была разделена на отделы, сдающиеся в аренду, тазы и стиральные порошки с швабрами заняли достаточно скромную площадь, чтобы меня не обвинили в нарушении условий приватизации. Магазин работал без выходных и без обедов, до девяти часов вечера, а недовольные такими переменами члены коллектива могли идти на все четыре стороны, при желании, продав свою долю в юридическом лице. Долю я выкупал честно, с учетом ожидаемых дивидендов за текущий год, а от сотрудников требовал соответствовать новым требованиям, предъявляемых к работникам торговли – улыбаться покупателям, быть вежливыми и доброжелательными.