Онлайн книга «Представитель по доверенности»
|
— Вопрос, Сергей, перед тобой очень простой — как вещи — вот из этого списка попали в гараж твоего папы? — Откуда я знаю. Гараж отцовский, вот с него и спрашивайте. — Хорошо, так и запишем. Вот здесь, где галочка, распишись. Ага, молодец. То есть ты решил на своего больного отца-сердечника все стрелки перевести? Ну что-же, весьма достойно. Только не получается. Когда вещи похитили, твой отец уже в больнице был, причем в реанимации, а вот ты в отсутствие отца в гараже был несколько раз. Об этом у меня есть показания сторожей и соседей по гаражам… (блефую конечно, некогда мне было по гаражам бегать, но в любом случае, Сережа об этом знать не может). — Да мне все равно, что вы там… — Сережа, мне же тоже все равно. На читай. — я подтолкнул в парню раскрытый на статье сто двадцать два уголовно процессуальный кодекс РСФСР: — Смотри, ты идеально подходишь под основание для задержание подозреваемого — в вашем гараже нашли явные следы преступления, причем мама твоя уже, в своей неумной попытке тебя обелить, подписалась под статью. Теперь и ты тоже. — Почему глупой? Савелий Тихонович сказал, что вы без постановления прокурора не имели права проникать в наш гараж… — Ой, да кто такое этот Савелий Тихонович? Все прекрасно знают, что Савелий Тихонович пустое место… Оказалось, что Савелий Тихонович вполне даже уважаемый юрист, при даче, «Волге» и импортной дубленке. Правда работал Савелий Тихонович на железной дороге, занимался сугубо транспортными спорами с грузоотправителями и грузополучателями в полном соответствии с Уставом Железных дорог СССР 1964 года, но в эти подробности Сергей и его мама не вдавались. — Ладно, Сережа, это все пустое, все равно, что ваш знакомый не тебе, ни маме твоей, помогать не бросится, и из тюрьмы вас не вытащит. Кстати, даже в СИЗО вы с мамой сидеть будете плохо. Если ты думаешь, что твой папа вам с мамой в тюрьму передачки будет носить, то ты ошибаешься. У него денег не будет, от слова совсем, даже ваш «Москвич» с гаражом у папы твоего отберут. — Почему отберут? — Сергей поднял голову, до этого он старался на меня не смотреть, всем своим видом выражая протест и неприятие моего существования на белом свете. — Знаешь, сколько японский телевизор стоит вместе с видиком? Как ваша машина, а ты их в лужу, на дно ямы бросил. А шуба, что в грязной воде намокла, а шапки? Там потерпевшая уже такой ущерб насчитала, что мам не горюй. Так что будешь все восемь лет на зоне с ней расплачиваться, и еще потом лет десять ущерб покрывать… — Да как так-то⁈ — Сергей попытался вскочить. Но я был быстрее, перегнулся через стол, прижав руками сверху — не хватало еще, чтобы он на эмоциях сбежать попытался: — Я ничего не знаю, мне привезли, попросили сохранить… — Кто привез? Молчание было мне ответом, но это дело поправимое. — Сергей, там квартирный разбой случился, преступление тяжкое, должен понимать. Я даже тебе готов поверить, что ты сам в разбое не участвовал, но вещи из квартиры изъяты у тебя, поэтому ты сейчас — главный злодей. И пока ты вразумительно не объяснишь, откуда у тебя чужие вещи, ты будешь сидеть. Ты это осознаешь? Сергей оказался не просто крепким орешком, он оказался феноменально тупым крепким орешком. Дальше показаний, что изъятые вещи он принял на хранение у малознакомых людей, которых он знает только в лицо и никаких данных о них, но сообщить следствию не может, очень хочет, но не может — мы не продвинулись. |