Выписка из протокола допроса:
«Вопрос: — Вениамин Васильевич, так, как у вас получилось, что по факту Кудимов был единственным сторожем на объекте?
— Ответ: — Понимаете, товарищ следователь, Кудимову было негде жить, прописка у него где-то в области, а жилья нет. Ну, он и предложил мне, что бы он на объекте жил, и он в две смены выходить будет.
— Вопрос: — А кто такой гражданин Юрьев, второй сторож?
— Ответ: — А этого я не знаю. Кудюмов принес паспорт и трудовую, вот мы фиктивно и оформили Юрьева.
— Вопрос: — А в ведомости за Юрьева дважды в месяц кто расписывался?
— Ответ: — Это Кудюмов подпись ставил, половину денег мне отдавал, а я немного денег бухгалтеру давал, десять процентов.
— Вопрос: — Ну хорошо. Теперь расскажите, откуда на складе появилось такое количество автозапчастей для легковых автомобилей.
— Ответ: — Ну, это мы в рамках северного завоза получали, по защищенным статьям заявки проходили.
— Вопрос: — Ну хорошо, получили, а дальше что?
— Ответ: — Ну а дальше я запчасти накапливал…
— Вопрос: — Зачем?
— М-м-м…
— Вопрос: — Вениамин Васильевич, мы вроде о чистосердечном признании с вами договаривались…
— Ответ: — Да, извините. Я накапливал запчасти, потому что собирался приобрести их через кооперативную организацию и продать по свободным ценам.
— Вопрос: — Так извините, вы же их на Север должны были отправить.
— Ответ: — А нет у нас такого количества заявок на автозапчасти с Севера, нет у них там такого количества „Жигулей“. А эти запчасти, стало быть, становиться неликвидом, и можно будет продать по сниженной цене.
— Вопрос: — Дефицитные запчасти по сниженным ценам.
— Ответ: — Ну, понимаете, есть способы.
— Вопрос: — Хорошо, а почему часть упаковок пустыми оказались.
— Ответ: — Ну, я так понимаю, что это Кудюмов их похищал. Видите ли, я, чтобы избежать проверок, запчасти в самый дальний склад определил, где у нас всяких хлам складирован. И сам там старался лишний раз не появляться. А этот жулик Кудюмов, подобрал ключ к замку, сделал оттиски печатей и лазил туда, когда ему вздумается.
— Понятно, распишитесь здесь и здесь и на сегодня закончим.
— Товарищ, ой, извините, гражданин следователь, а как бы мне с женой повидаться?
— Я подумаю, как это удобнее сделать, наверное, после следующего допроса вы с супругой повидаетесь».
Мы сидели с Димой на берегу Реки, слушали монотонный шум капель дождя, невесомо бьющих по прозрачной пленке, натянутой на каркасе, который мы собрали из сухих стволов молодых сосен, чтобы всегда можно было посидеть у костра. Три дня мы собирали бруснику, потом длинными вечерами сидели и пили бесконечные кружки с «чаем» из листьев брусники и лесной смородины. Между собой почти не разговаривали, наслаждаясь одиночеством, свободой и бесконечным, окружающим нас безлюдьем. Палатка была собрана. Десяток алюминиевых десятилитровых канистр с брусникой, залиты водой и распиханы в багажнике и салоне бежевой «шестерки», которую я выпросил у папы, обещая завалить родителей брусникой. Довольный и обессиленный Демон, вес облепленный желтой березовой листвой, валялся на сухой траве под багажником «жигулей». Надеюсь, что он катался не по какой ни будь падали, а то провоняет весь салон. Мы с Димой пьем по последней кружке, после чего останется только загасить костер и покинуть это гостеприимное место.
