Книга Феникс 3: Возмездие, страница 26 – Роман Путилов

Сержант, спасая лицо что-то заорал, и невысокий солдатик, а это был Береза, принялся неловко тыкать в толпу теток своим багром. Судя по крикам сержанта, результат работы «копейщика» был крайне неудовлетворительный, так как сержант вырвал у своего напарника двухметровую палку с опасным наконечником и принялся молотить теток и их посуду, которые стали, среди брызг расплескиваемого бензина, разлетаться и разбегаться в разные стороны, спасаясь от обезумевшего военного.

Это сейчас, на небольшом экране смартфона, все выглядит нестрашно и, местами, смешно, а всего пару часов назад мне, стоящему на дороге против разъяренной толпы было совсем не до смеха и эти воспоминания никуда не делись из моей головы.

Со стороны колонны в сторону развернувшейся драки хлынула черная толпа бородатых мужиков, а Береза, отскочив в сторону, принялся судорожно стаскивать свой автомат…

Несколько солдат бросили свои позиции, выскакивая из-за бетонных блоков поста, что-то орал, высунувшись по пояс из башни БМП Глаз, но все понимали, что подмога ко мне не успеет, да и сколько было там этой подмоги?

Момента, когда я щелкнул зажигалкой и бросил ее в, щедро разлитый по дороге, бензин, оператор не снял, он повернул свой телефон с бегущей ко мне толпы на пылающую дорогу, в тот момент, когда я оттаскивал подальше в снег, вырывающуюся и орущую молодуху, в насквозь залитой бензином, длинной юбке.

Толпа жаждущих расправы мужиков замерла на дороге, прикрывая лица от жара, женщины, забившись в глубокие сугробы, рыдали в голос, а в сторону бензовоза, нарушая границы, побежал по заснеженной дороге бодрый огонек, видимо у кого-то из носильщиц ведро или канистра были совсем худыми.

Нас сейчас сметут, и колонна прорвется через границы, или не прорвется, если Глаз начнет стрелять из башенного пулемета. Или не начнет, потому как на сопредельной стороне к границе выкатывались четыре БТР — «шестидесятки», устаревшие, но, по-прежнему смертоносные. Почему-то мне кажется, что стоит Глазу выстрелить хоть раз в сторону дороги, как нас покрошат в кровавый винегрет четыре «крупняка» Владимирова с бронетранспортеров, с брони которых уже сыпался десант. Не знаю, как Глаз, но я зазря помирать не собираюсь. Я вскинул автомат, в ожидании, когда огонь прогорит, и разгоряченная толпа кинется на меня, а я им успел столько крови попортить, что порвут меня эти бородатые ребята на мелкие клочки. Удивительно, но страха не было, был лишь вопрос, не переключить ли переводчик огня на одиночные, или очередями сойдет?

Что-то народ, бешено глядящий на меня через волны горячего воздуха, поднимавшегося от языков пламени, как-то поскучнел и даже попятился назад. Да еще Береза, стоящий сзади, все время хватает меня за рукав и что-то восторженно вопит. Тут эти в любой момент могут вновь кинуться, а Береза отвлекает, не переставая. Ну что тебе надо, боец?

Я, конечно, слышал, что газотурбинный танк Т-80 ты не слышишь до того момента, пока он тебя не переехал, не помчался дальше, ну, а теперь я в этом убедился лично. Практически бесшумно, весь облепленный грязью, к дороге, по заснеженному полю, мчался танк, на башне которого, на верхушке четырехметровой составной антенны, бился по ветру трехцветный флаг Славянской республики, а за танком, как маленькие утятки за мамой-уткой, скакали по паханному полю, остроносые БМП −2, усыпанные фигурками людей.