Книга Моя новая сестра, страница 49 – Клэр Дуглас

— В чем дело? – спрашивает она, чувствуя, как слезы снова подступают к глазам из-за его упреков. – Извини, что устроила сцену.

Она знает, как Бен ненавидит ругаться на людях, как не любит привлекать к себе внимание.

— Дело не в этом.

— Тогда в чем? – Она достает из кармана бумажный платочек и сморкается.

Он колеблется.

— Аби много значит для меня, ты же понимаешь.

Несмотря на жару, по ее шее пробегает холодок.

— Что ты хочешь сказать?

— Я хочу, чтобы у нас с Аби все было по-настоящему. И хочу, чтобы ты относилась к этому серьезно и прекратила ревновать, Би. Я знаю, тебе тяжело, ты всегда была самой важной женщиной в моей жизни. Я понимаю это. Но я не понимаю, почему Аби не может быть моей девушкой и твоей подругой. Мы не должны ссориться из-за нее.

— Я не думаю, что сейчас у нее подходящее время для отношений, – слабым голосом произносит Беатриса. – Я думала, что если смогу ей помочь, то все остальное наладится как-то само собой.

— Только не надо снова этой ерунды про карму, Би, ладно? – Он вздыхает. – Ничто не искупит вину за прошлое, за то, что мы сделали. Ты ведь знаешь это, правда?

У нее кружится голова, и она прислоняется к забору чьего-то палисадника в поисках опоры. Как объяснить ему, чтобы он понял? Она теряет контроль над собой, над ним, над их жизнью. Она всего лишь пыталась помочь Аби, но вместо этого ей швырнули в лицо все ее благие намерения. Она закрывает глаза и массирует виски. Ей нужно подумать, разобраться во всем. Когда она снова открывает глаза, Бен пристально наблюдает за ней с настороженным выражением лица. Ее взгляд падает на его шорты от Армани, вишнево-красную рубашку поло от Ральфа Лорена и, наконец, на очень дорогие и совершенно новые солнцезащитные очки от Тома Форда поверх его песочно-белокурых волос. Даже работая в IT-отделе, он зарабатывает не так уж много, и Беатриса знает: для того, чтобы достучаться до него, нужно бить ниже пояса, так, чтобы было больно.

«Власть в моих руках, Бен. Я могу разрушить все, что у тебя есть».

— Хорошие солнечные очки, – замечает она с укором, и по тому, как краснеет его шея, он понимает, на что именно она намекает. В конце концов, Бен всегда был умен. Когда она протягивает ему руку, он не отмахивается от нее, а принимает, и они в молчании медленно спускаются с холма, направляясь к дому.

На всю страну обрушилась жара – такой не было уже лет семь, – и мы проводим дни в лености, лежа под деревьями в саду Беатрисы, играя в теннис или загорая в парке Александры, где город Бат расстилается под нами, как идеально выполненный макет. Мы устраиваем пикники, где потребляем в основном сигареты и вино, и часами сидим, болтая, пока солнце не превращается в огненно-оранжевый шар и не опускается за город. Иногда – обычно в то время, когда Беатриса работает над своими украшениями, – нам с Беном удается улизнуть вдвоем в ботанический сад, где мы целуемся, спрятавшись за огромными цветущими кустами с экзотическими названиями. Время от времени речь заходит о Люси, и я начинаю откровенно рассказывать о ней, о своей вине, а Бен, как и его сестра ранее, уверяет меня, что это был просто несчастный случай. Когда я твержу ему, что никогда не смогу простить себя, он смотрит на меня отрешенным взглядом, как будто видит не меня, а какие-то свои воспоминания.