Книга Комната их тайн, страница 66 – Клэр Дуглас

— Ага, а мне пора укладывать девочек, – говорит Арон, поднимаясь следом за мной. Мама не выглядит убежденной, но нас прерывают близняшки: они врываются на кухню, только из ванны, и кидаются прямиком к Элис. Я вижу, как озаряется лицо сестры при виде моих дочек. Только что она выглядела как живой мертвец, а сейчас с улыбкой подхватывает Элси на руки. Флосси забирается на стул, только что освобожденный мной, прижимая к груди тряпичного зайца.

— Тетя Элис, – спрашивает Элси, устраиваясь, – а дядя Кайл сейчас с ангелами?

Я замираю – и мама с Ароном тоже. Это первый раз, когда кто-то из близняшек упоминает о Кайле при Элис. Не дыша, я смотрю на сестру. Что она им ответит? Рассердится на меня, что я наговорила про небеса и ангелов, хотя она атеистка?

Губы Элис дрожат, но она берет себя в руки и гладит мягкие рыжие волосы Элси.

— Да, моя милая. Дядя Кайл с ангелами.

— Надеюсь, они хорошо заботятся о нем, – произносит Флосси серьезно. Ее ножки в пижамных штанах свисают со стула, не доставая до пола.

Элис протягивает руку и проводит пальцами по ее пухлой щечке.

— Да, они хорошо о нем заботятся, – мягко говорит она. Ее глаза блестят.

Я с облегчением выдыхаю. Сажусь и какое-то время наблюдаю за ней и близняшками, пока Арон не говорит им идти ложиться спать. Мама занята готовкой. Элис, проходя мимо меня, наклоняется и шепчет на ухо:

— Мне надо тебе что-то сказать. Только не при маме. В другой раз, хорошо?

А потом выходит, прежде чем я успеваю спросить, о чем это она.

Суббота, 19 октября 2019 года

— Так как ты на самом деле? – спрашивает Донна, передавая мне большой бокал белого вина и усаживаясь напротив.

Мы в «Утке и жабе», единственном ресторане в деревне. Наш паб, «Рабочая лошадка», куда ходят Арон с приятелями и где Вив временами стоит за баром, куда менее респектабельный – с уродливой темной мебелью, драными креслами, липким ковром и мишенью для дартса. Здесь же горит камин, на стенах элегантные обои, столы из мореного дуба, и даже есть каменная печь для пиццы. В «Рабочей лошадке» тебе в лучшем случае подадут жареные крылышки.

Наш столик возле окна с каменным подоконником, которое смотрит на долину. Уже стемнело, но в отдалении видны огоньки соседней деревни – они похожи на мигающие глаза зверей, направленные на нас.

— Чувствую себя виноватой за то, что сегодня вырвалась посидеть тут, – отвечаю ей, поблагодарив за вино.

Элис бо́льшую часть дня провела в постели и так и не сообщила мне того, о чем не могла говорить при маме. Несколько раз она пробовала, но мама, как чувствовала, сразу заходила к ней в комнату. Арон сейчас в «Рабочей лошадке» с парнями с работы, поэтому, когда Донна пригласила меня выпить, мама настояла, чтобы я пошла.

— Тебе надо выходить из дому, дорогая, – сказала она. – Девочки уже легли, а я прекрасно проведу время перед телевизором с вязанием.

Делая глоток охлажденного вина, я впервые немного расслабляюсь с тех пор, как мы вернулись из Венеции.

— Но вообще я в порядке, – продолжаю, медленно выдохнув. – Мне было полезно выйти.

— Я до сих пор не верю в то, что произошло, – говорит Донна, беря карточки меню, стоящие возле солонки и перечницы и передавая одну мне. – Бедный Кайл! И твоя сестра – представляю, каково ей приходится!