Книга Простить или убить?, страница 6 – Соня Бейтман

Тогда они были крутыми девчонками. Морин и сейчас считала себя таковой.

А по-моему, когда тебе стукнуло сорок, странно считать себя крутой девчонкой.

Они обе сидели на диване, перед ними стоял кофейный столик, Морин взяла с него бутылку вина и налила себе полный бокал – уже второй за последние десять минут. Она обманывала себя, считая, что, если не допивать до дна, то ты не алкоголик, поскольку выпил всего один бокал.

И неважно, что с постоянными пополнениями в этот один бокал вмещалась целая бутылка вина.

— Не понимаю, зачем опять об этом разговаривать, – буркнула Морин, а Шара надменно кивнула. – Ну правда, Кристал, почему ты считаешь, что можешь вести такие беседы? Потому что мы у тебя дома? Так давай встретимся у меня.

— Я же говорила, что я практически дипломированный психотерапевт, – ответила Кристал. – Не хватает всего трех курсов.

Морин хорошенько хлебнула вина.

— А в колледже ты училась до того, как работала стриптизершей, или после?

Шара захихикала, а я невольно разинула рот от удивления, хотя пыталась не реагировать. Конечно, мне не следовало этого знать, но Морин намеренно открыла неприятный факт из прошлого Кристал. Еще в старшей школе Морин не упускала шанса подставить кому‐нибудь подножку, чтобы почувствовать власть над человеком. Ясно же, что она хотела унизить Кристал передо мной.

Я сочувственно посмотрела на хозяйку дома, стараясь взглядом показать, что мое мнение о ней не стало хуже, а Морин – стерва. Но Кристал уже закусила удила.

— Дорогая, я делала это одновременно, – ответила она, зло улыбаясь. – У меня множество талантов. А экзотические танцы приносят неплохие деньги. – Она помолчала, затем добавила: – Хотя, уверена, тебе за оформление домов тоже много платят. И конечно, давайте следующую встречу организуем у тебя. Мы будем счастливы. Возьмем детей, чтобы они залапали всё вокруг своими грязными руками.

Лицо у Морин пошло пятнами. Она откашлялась и что‐то прошептала смеющейся Шаре.

В этот раз мне пришлось прятать улыбку. На прошлой неделе собственная дочь отчитала Морин за грубые высказывания о детях.

Я имела сомнительное счастье проживать в двух домах от Морин, на тихой улочке в северной части города. Ее дочери Паджетт исполнился двадцать один год, и она иногда присматривала за моими детьми. По странному стечению обстоятельств Паджетт не походила на свою мать, по крайней мере она была милой девушкой. Сейчас она в гостиной на первом этаже присматривала за девятилетним сыном Кристал и тремя моими детьми.

Паджетт была единственным ребенком Морин: по-видимому, та действительно не любила детей.

— Я все‐таки начну, – заговорила Кристал воодушевленно. – Морин любезно сообщила, что я работала стриптизершей. Там я и познакомилась с Джорджем. Он владел клубом, в котором я танцевала, и по какой‐то причине положил на меня глаз. Поначалу он был великолепен: заботлив, щедр и даже романтичен. Поэтому я совершенно не обратила внимания на первый звоночек: он попросил меня бросить работу, потому что не хотел, чтобы другие мужчины глазели на мое тело.

В сердце слегка кольнуло. Конечно, я понимала, что имела в виду Кристал, упомянув о скелете в шкафу. Но теперь, кода дошло до дела, я сомневалась, что смогу выслушать такое, а тем более откровенничать самой.