Онлайн книга «Искатель, 2007 № 12»
|
Впереди, прямо на их пути стояла высохшая березка, сучья да ствол. Кто-то года два назад начал ее рубить и бросил. Засохла она. Мы еще когда сюда шли, я ее помнил как ориентир. На нее я и проложил тропку. И вот уже почти у самой сосны медведь нагнал Шпака. А мне до них бежать да бежать, и Караю еще метров тридцать. Только я смотрю, мой Шпак, в валенках, подшитых на кожу, прыг с тропы в сторону и, как обезьяна, за пять секунд вскарабкался на вершину этой березки. Мишка тоже налетел на дерево и даванул ее всей своей массой. Бедный Шпак, как флаг американский на Луне, заколыхался, но держится, ствол из рук не выпускает. Медведь еще поднажал, деревцо хрустнуло у основания и начало заваливаться. Метрах в десяти от комлевой части ствола приземлился Шпак. Ну и прыть у него была. Как заяц, порскнул в сторону. А медведь за ним. Мишке сподручнее бежать по глубокому снегу. Он его почти нагнал, когда ему в зад вцепился Карай. Тогда медведь развернулся, а тут и я подбежал. Шпак рванул в чащобу, только мы его и видели, а мне пришлось брать медведя на рогатину. Страшно, честное слово, с обиженным зверем бодаться. Как раньше наши предки один на один выходили на него? Хорошо хоть Карай помог мне, отвлек его в сторону. Тут я ему сбоку под лопатку и всадил рогатину, да так, что она переломилась пополам. Тридцать сантиметров лезвия вошло в тушу, а медведю хоть бы что. Собака на нем висит, из него кровина, как из свиньи, хлыщет, а он прет на меня с обломком древка в боку. Вовремя генералы подбежали и добили медведя. А то пришлось бы мне его на нож принимать. Фу, смотрим, затих, окровавленную морду в снег уткнул, глаза мутной пленкой покрылись. Представляете, ведь могло и по-иному повернуться. Не медведя, а Шпака везли бы из лесу на санках. Слава богу, пот стираем с лица. Стоим, прикуриваем, а у самих руки трясутся. Тут и Шпак появился из-за деревьев. И как начали все смеяться. Вдруг стали такие герои. Каждый рассказывает, что он делал, как бежал, как стрелял. Шпака по плечу хлопают, поздравляют с новым рождением. В общем, незабываемая у мужиков охота получилась. Лиза внимательно вгляделась в участкового. Потом сказала: — Я видела эту фотографию, где Ван Ваныч с вашим убитым медведем сфотографировался. Только там егерь худой был, а вы вон какой… И еще он рассказывал все наоборот. Что он с рогатиной вас спасал. Участковый невозмутимо пожал плечами. — Пять лет назад я весил семьдесят килограммов, а сейчас сто двадцать. Разница есть? — Есть! — согласилась Лиза. Участковый продолжил: — А то, что Шпак рассказывает все наоборот, так и я на его месте то же самое делал бы. Только вы обратите внимание на его порты на фотографии. Куртка камуфляжная, а порты не в тон, порты мои. Он один портами отличается на фотографии от своих друзей. — Что вы хотите этим сказать? — сердито спросила Лиза. Участковый засмеялся: — Кому ни покажешь фотографию, все думают одно и то же. Ничего такого не случилось, о чем вы подумали. Просто когда он лез на сосенку, медведь успел лапой достать только до брюк, вот он их когтями и располосовал. А теперь, — участковый поднял глаза на Мясоедова, — вы, надеюсь, понимаете, какие у меня связи в Москве и на какой верх я выхожу. Мужики-то двигаются вперед, еще по звездочке заработали. Сказали мне, звони в любой момент. Из деревни вытащили, в милицию определили, вот в участковые перевели. Учусь ведь я, в юридическом. Правда, на платном. С жильем обещали помочь. По вашему делу просил их ускорить экспертизу. Сказали, самое позднее утром будут результаты — и по пальчикам, и по крови. Так что я как участковый на месте. Меня на плохой участок не поставят. А вы не цените… |