Онлайн книга «Искатель, 2007 № 12»
|
Елизавета с удивлением увидела, что Константин Мясоедов отлично разбирается в цифрах и делах фирмы, хотя в разговоре всегда выглядел таким тихоней и простачком. А Мясоедов продолжал: — Правда, есть одно но… — Какое? — спросили в два голоса обе дамы — и Эдит, и Полина. Костя замялся: — Не хотелось говорить. Да ладно, чего уж теперь, действительно, может быть, из-за этого контракта он и погорел. Роман решил прогнать через нашу фирму большую партию поддельных духов и мужского одеколона. Лейбл Франции, а на самом деле поставка из Турции. Не отсюда ли наехали на него? Вон, по телевизору показали, что задержана на таможне большая партия паленых духов. Кто-то кому-то недодал, а мы попали под проверку. Завтра у нас налоговая инспекция появится. — Да, завтра у нас проверка; Роман Октябринович сказал, чтобы документы к завтрашнему дню подготовить! — подтвердила Елизавета. Полина внимательно слушала Костю Мясоедова, заместителя своего мужа, и еще раз оценивала правильность выбора мужа в подборе партнеров по бизнесу. Хозяйка перевела взгляд на Эдит. Ей было интересно, что скажет в дополнение к Косте эта слишком красивая дамочка. Эдит выжидала, положив руки на стол. — Роман Октябринович, — она назвала Кизякова по имени-отчеству, — умный руководитель, и не поддержать его в его начинаниях было бы грехом. Не имея нигде никаких связей, не сидя на должности, не владея первоначальным капиталом, на пустом месте он создал фирму и сумел за десять лет так ее раскрутить, что ее совладельцы и он сам стали зелеными миллионерами. Да, Костя правильно сказал, наше имущество сегодня стоит по самым минимальным прикидкам тридцать миллионов долларов. Каждый из нас имеет по элитному дому, большой квартире, и заслуга во всем этом в первую очередь Романа Октябриновича. Светлая голова у него. Эдит внимательно посмотрела на хозяйку дома и продолжила: — Мне бы тоже хотелось снять кое-какие сомнения, коли пошел у нас такой откровенный разговор. — Я слушаю! — произнесла Полина. Лиза видела, что хозяйка внешне осталась спокойна, даже слишком спокойна, но глаза выдали ее. Она внутренне напряглась, ожидая вопроса. Эдит прямо, без предисловий спросила: — Если с Романом что-нибудь случится, кто наследником останется? — В каком смысле? — В прямом! Елизавета и Мясоедов смотрели на Эдит, не понимая ее. К чему она клонит? То же самое спросила и хозяйка: — Вы что конкретно имеете в виду? — Я имею в виду долю Романа в нашей фирме. Как вы поступите с долей, если с ним что-нибудь серьезное случится? Полина немного помедлила, перевела взгляд с одного на другого и ответила: — Я свою долю продам. Создалось впечатление, что ответ на этот вопрос у нее был обдуман заранее. Эдит холодно поправила Полину: — Его долю! — Что? — переспросила хозяйка дома и неожиданно покраснела. — Да, да, конечно, его долю. Я оговорилась. Однако эта оговорка дорогого стоила. Нехорошая тишина установилась за столом. От благодушного отношения Кости Мясоедова к хозяйке дома ничего не осталось. Он нахмурил брови и довольно жестковато сказал: — А действительно, Полина Ивановна, с чего это вдруг ты начала пытать нас с Эдит на предмет нашего интереса? У нас с ней какой интерес в его смерти? Вдумайся хорошенько, абсолютно никакого! Одни убытки. Роман лучше всех знает ситуацию на фирме, лучше всех разруливает ситуацию, ну и что мы будем делать без него, хотя бы даже завтра? Придет налоговая проверка, директор должен быть на месте. А то ни директора, ни главного бухгалтера. Два первых лица, имеющих права подписи документов, растворились в неизвестном направлении. Не подозрительно ли? А вот твой интерес, Полина, просматривается невооруженным взглядом. |