Книга Собеседование, страница 99 – Крис Юэн

Но Марк умер, и я холодела при мысли, что и Люк теперь тоже мертв. Еще до собеседования моя жизнь покатилась к чертям. Меня засосало в водоворот горя и жалости к себе, и я так долго кружилась в нем, что он превратился в порочный круг, из которого мне было уже не выбраться.

Каждая частичка моего существа тосковала по Марку. Я скучала по всему, что он делал и кем он был, и по всему, из чего строилась наша с ним жизнь. Я скучала по вечерам в компании старых американских ситкомов, которые мы проводили, уютно устроившись перед телевизором. Мне не хватало того, как он читал мне вслух чьи-то твиты и смеялся шуткам, которые казались мне глупыми и несмешными. Мне не хватало ленивого секса воскресным утром, и завтрака в постели, и ощущения, что мне ничего не страшно, пока он обнимает меня за плечи, целует в макушку и нюхает мои волосы.

Последние пятнадцать месяцев я не могла заставить себя думать о мире без него. Овдовевшим людям удавалось собрать себя по частям и начать жить. Марк бы хотел, чтобы и я так поступила. Но мои мысли были только о прошлом. И единственное желание – отмотать жизнь назад.

До этой минуты.

Потому что, бог знает почему, я еще жива.

Боль и паралич, сдавившие мне сердце, отступили. Была ли это первая ласточка, репетиция настоящего сердечного приступа? Или Джоэль ошибся в дозировке, и я выжила?

Я не знала.

Но в одном я не сомневалась: когда Джоэль вернется, я буду ждать его.

И не дам ему победить.

Пятница, 23:20

Я сидела, обхватив колени и прислонившись спиной к стеклу, когда мое внимание привлекло движение за пределами куба.

Две фигуры приближались в полумраке. Я не сразу поверила, что они настоящие, сперва испугалась, не вернулись ли галлюцинации.

Но вот фигуры вошли в круг света, и я увидела, что Люк хромает. И каждый шаг отражался страданием на его окровавленном лице. Один глаз заплыл. Руки были замотаны скотчем спереди. И увидела, что пистолет следующего за ним Джоэля направлен ему в спину.

Я крепче обхватила колени. Сглотнула сквозь ком в горле. Я еще не успела встать – мне было страшно двигаться быстро, меня ужасало, что боль могла вернуться. Казалось, все мое тело превратилось в минное поле. Я не могла отделаться от ощущения, что стоит сделать малейшее усилие – и мое сердце остановится.

Со знакомым щелчком дверь отперлась, и Джоэль жестом показал Люку открыть ее связанными руками. На то, чтобы наклониться, совладать с ручкой и, попятившись, распахнуть дверь, у него ушло некоторое время. Справившись, он неровным шагом вошел в куб и встал передо мной.

Я покачала головой.

Глаза защипало от слез.

Наконец я не выдержала и кинулась ему на шею.

Крепко обняла его.

Мы оба не сказали ни слова.

Я отстранилась и прикоснулась пальцем к синяку у него под глазом. Он вздрогнул и чуть отшатнулся. Синяк был багровый, огромный. Я сомневалась, что он видит этим глазом. Его второй глаз метался туда-сюда, пристально меня осматривая. Кровь запачкала ему волосы и стекала по затылку, убегая под голубой воротник медицинской формы. Не похоже, чтобы Джоэль стрелял в него, скорее это был спектакль для меня. Но он мог ударить его пистолетом.

Пытался ли Люк бороться и сбежать? Или побои – это признак нарастающего в Джоэле отчаяния, того, что он пытался силой выбить из Люка ответы?