Онлайн книга «Собеседование»
|
— Потому что боялся. Потому что не мог доказать, что они испортили собственный самолет. Я ждал результатов расследования. Слишком высокие ставки, я должен был действовать наверняка. Я боялся за Кейт и за дочь. — А этот суд? Люк чуть шевельнулся, и в этот раз Джоэль повернулся к нему и покачал головой, предупреждающе переведя на него пистолет. Он мог убить Люка. Ему был нужен только Марк, но не хотелось отвлекать его. Нужно довести дело до конца. — Продолжай, – приказал он Марку. — Я знал, что дать показания – мой долг перед теми, кто погиб в этой катастрофе. Перед теми, кто заболел, работая на наших самолетах. Перед самим собой, перед женой. Я должен был появиться на суде и вызвать у людей столько вопросов, чтобы все вышло наружу и ничего нельзя было бы скрыть, но я не знал, кому можно довериться – кто мог бы доставить меня в суд в целости и сохранности. Я не слишком доверял стороне обвинения после того, к чему привел мой звонок человеку из агентства безопасности. Я боялся, что и они связаны с MarshJet. То же самое и с газетами, и с полицией. Я никому не мог доверять. Джоэль смотрел на него в упор. Он отстраненно ощущал, как в нем разрастается ледяная пустота. Марк рассказал ему все, что ему было нужно знать. Теперь у него осталось единственное дело. — Ты должен знать две вещи, – сказал он, переводя пистолет на Марка, и волна тошнотворного жара поднялась у него из груди и выплеснулась красными пятнами ему на шею. – Первое. Ты не добрался бы до суда. Никто и никогда не услышал бы твоих показаний. Они бы остановили тебя. Так или иначе. Доминик Норт, Фергюс Марш. Марш, кстати, был здесь со мной. Я уверен, что за нами сейчас наблюдают – камеры. Он нанял меня заманить твою жену в ловушку и допросить ее. Убить тебя. И я с радостью согласился. Потому что если не я и не сегодня, то это сделал бы кто-нибудь другой. Марк помедлил и сжал зубы, решаясь: — А второе? Джоэль еще раз прикоснулся к экрану телефона. С трудом сглотнув, он увеличил громкость. Когда он слышал эту запись, ему казалось, что его изнутри разрывает на части. Что его сердце прокручивают на мясорубке, что он превращается в пыль. Он слушал ее почти каждый день на протяжении пятнадцати месяцев, и каждый раз ему было больно как в первый. Крики на фоне. Тонкий гул мотора. Глухие звуки ударов, падений и столкновений. А потом испуганный, торопливый женский голос: — Джоэль… Джоэль, милый, я не знаю, можешь ли ты… С самолетом что-то не так… Мы… Вот бы услышать сейчас твой голос. Я люблю тебя, Джоэль. Я тебя люблю. Прости меня… О господи, мы сейчас ра!.. 110 Суббота, 00:45 Я оттолкнулась от ограждения и, шатаясь, побрела по спуску. Ноги еле держали меня, но каким-то чудом мне удавалось сохранять вертикальное положение. Подняв взгляд, я увидела, что Джоэль смотрит на меня. У него в глазах стояли слезы. И у меня тоже. Я впервые разглядела его как следует. Его душа была у меня как на ладони, и я почувствовала, что он это понял. В ту минуту мы понимали друг друга. Я догадалась, что в том самолете погиб кто-то дорогой ему, мне была знакома его оглушительная боль, потому что долгие месяцы я тоже думала, что потеряла любимого человека. — Я здесь, чтобы узнать правду, – обратился он ко мне, повысив голос. – Тут я вам не соврал. Скорее уж своим заказчикам… |